Площадь взорвалась неимоверным гомоном и гвалтом. По столам застучали все и всем. Даже тем, чем стучать, в общем-то, бесполезно. Оглушительные крики, идущие в диссонанс удары твёрдых предметов по столешницам, и пронзительный, переходящий в инфразвук рёв каких-то духовых инструментов наподобие рога.
Надо же. А мне казалось, с духовыми тут туго… Обознался, выходит. Признаю.
Я подхватил мелкую на руку, усадил её себе на предплечье и поднялся на ноги. Площадь утонула в новом приступе неистовых криков. То ли я сделал что-то не так, то ли местные чрезвычайно бурно радуются…
Но с айнами мы знакомы даже слишком хорошо. Ослабленный или нет, отжаренный или да, но это, собака такая, аномальный зверь. Я своими глазами видел, что один такой сделал с Ланой. Не горю желанием увидеть повторения той ситуации.
Под всё нарастающие крики собравшихся за столами подошёл к источающей палёный смрад капитально обугленной туше зверя, чьё агрегатное состояние больше напоминало прожарку после подрыва термобарического снаряда. Тело уже лежало, не подавая признаков жизни, а сковывающие её цепи с ошейником валялись на земле без движения, будто бы пустые оболочки от сбросивших шкуры змей. Навёл АПБ на черепную коробку твари и выпустил в неё три пули подряд, целясь примерно в область слухового прохода и глаза. Приглушённый прибором бесшумной беспламенной стрельбы звук выстрелов патронами с дозвуковой скоростью полёта пули потонул в общей мешанине звуков на площади. О том, что пистолет вообще изрыгнул из себя хоть что-то, было понятно лишь по характерному движению затвора и отдаче, которая никуда не делась: стала ощутимо меньше из-за сообщённого метаемому снаряжению импульса, но, по факту осталась.
Опустил пистолет. Повернулся к символическому помосту, на котором стояла наша, с позволения сказать, ложа. Вместе со мной мелкая на моих руках устремила взгляд туда же.
«Бармаглот» на правах Старейшего поднялся с места во весь свой немаленький рост, держа в руках по здоровенной тёсаной кружке с каким-то местным напитком, и высоко воздел тару над собой, будто бы призывая присутствующих пить до дна.
Нас накрыла очередная волна оглушительных криков очевидно одобрительного тона. На миг мне показалось, будто бы ещё секунда — нашу троицу понесутся качать на руках.
Глава 15 Я — Человек
Ночь уже вступила в свои права. Ушли вечерние сумерки вместе с дневной температурой. На селение опустилась ночная прохлада. Да только местный люд это не беспокоило ни разу.
Только и сделали, что отпустили мелкую девчонку к своей семье да убрали останки туши айна. Сразу после этого пошёл пир горой, питьевые жидкости полились рекой, а площадь перед собравшимися, где ещё не так давно остывали (причём, буквально) останки аномального зверя, заняли специально подготовленные группы специально обученных девушек. По характерному набору рисунков на их телах смело можно было причислить их к коллегам по цеху Аксы и Руны.