— Какая разница? — огрызнулся я, смахивая слёзы. — Они мертвы. И это…

— И это цена выбора, который мы сделали, — перебил меня наёмник. — Леон взял табличку, не послушав твоего предупреждения. Я согласился на эту работу, зная, что древние руины опасны. Они пошли со мной, зная то же самое. Никто не виноват, парень. Просто так бывает.

Я хотел спорить, но слов не нашлось. Вместо этого я отвернулся, глядя на тушу Этерофага. Камень Бурь на груди всё ещё был тёплым, пульсировал едва ощутимым теплом. Я нащупал его сквозь рубаху.

[Прогресс открытия этера: 74,65%]

Цифра висела перед глазами, напоминание о том, что произошло в склепе. Я был так близко к открытию этера. Ещё чуть-чуть, и я стану практиком. Но какой ценой?

— Корвин, — позвал Алекс, осторожно поднимаясь на ноги. — Что… что мы будем делать?

Я повернулся к нему. Мой друг выглядел слишком измотанным и израненным, но в его глазах не было страха. Ведь мы оба выжили и можем дышать воздухом в отличие от других.

— Заберём тела, — сказал я твёрдо. — Гвидо и Леона. Отвезём их в Тёплый Стан. Они заслужили хотя бы нормальные похороны.

Борн кивнул.

— Правильно. А ещё… — Он подошёл к туше Этерофага, достал нож и начал вскрывать грудную клетку твари. — Если уж мы потеряли людей, то хотя бы возьмём то, ради чего стоило сюда идти.

Я подошёл ближе, наблюдая, как наёмник ловко орудует клинком, разрезая плоть. Вскоре он извлёк из груди твари камень размером с грецкий орех. Ядро духовного зверя. Оно пульсировало слабым голубым светом, тёплое на ощупь.

— Это, — сказал Борн, протягивая камень мне, — стоит целое состояние. Больше, чем мы все вместе взятые заработали бы за год. Держи. Ты убил его, значит, твоё.

Я взял ядро, ощущая, как оно вибрирует в ладони. Камень Бурь на груди среагировал мгновенно, начиная нагреваться. Я быстро сунул ядро в сумку, не желая новых экспериментов прямо сейчас.

— Разделим, — сказал я. — Поровну. Вы тоже сражались.

Борн усмехнулся.

— Благородно, но глупо. Возьми его. Тебе он пригодится больше, чем мне. Я уже не стану практиком, — он постучал по деревянным протезам, залитым кровью. — А у тебя, и твоего друга ещё есть шанс.

Алекс кивнул.

— Он прав, Корвин. Возьми. Ты его убил, и он твой. Мы… мы как-нибудь справимся.

Я сжал сумку, чувствуя тяжесть ядра внутри. Они были правы. Но всё равно было противно брать это, стоя рядом с телами Леона и Гвидо. Не будь их, не заплати они своими жизнями, не рань зверя — я бы не справился.

— Ладно, — сказал я наконец. — Но сначала заберём добычу из склепа и вынесем парней. Потом… потом вернёмся в город.