Монстр рухнул на землю, не долетев до меня пары метров, и покатился клубком визжащего огня. Он бился в конвульсиях, суча лапами, пытаясь сбить пламя, но искры, созданные рунами, не гасли, они вгрызались в плоть, прожигая хитин. Вонь паленого и горелого мяса ударила в нос так сильно, что меня едва не вывернуло наизнанку.

Но паук был живуч. Невероятно живуч. Объятый пламенем, он сумел перевернуться и, оставляя за собой дымный шлейф, пополз в сторону леса, пытаясь скрыться, потушить себя о сырую траву и мох.

— Добей его! — заорал выживший мужик, выхватывая топор и бросаясь к агонизирующему монстру. — Лука, добей эту мразь!

Он подбежал к пауку со стороны, где пламя было потише, и с размаху, вкладывая в удар всю свою ярость и отчаяние, рубанул по шее твари, туда, где голова переходила в туловище.

Хрустнуло, брызнула чёрная жижа, и голова паука, всё ещё щёлкая жвалами, отделилась от тела. Туша дёрнулась последний раз и затихла, продолжая чадить едким чёрным дымом.

Наступила тишина. Отдающая звоном в ушах и нарушаемая лишь треском догорающего хитина и тяжёлым дыханием выжившего. Мужик вытер топор о траву, хотя это мало помогло — лезвие было безнадёжно испорчено кислотной кровью паука. Он медленно повернулся ко мне.

Выглядел он жутко. Лицо перекошено, глаза безумные, на щеке глубокая царапина, одежда порвана. Он тяжело дышал, глядя на меня так, словно хотел убить на месте.

— Ты… — прохрипел он, делая шаг в мою сторону. — Ты какого хрена так поздно, Лука⁈

Я замер. Лука? Мысли заметались в голове. Он принял меня за кого-то другого. За того, кто должен был быть в этом доме. За хозяина сруба, того самого, что лежал в подвале, проросший мхом.

— Откуда мне было знать, что эта тварь тут сидит? — огрызнулся я, подбирая арбалет и сжимая новую искру в руке. На этот раз обошлось без ожогов, я вовремя выпустил разваливающийся камень из рук. — Ты кто?

— Я Ивгар, от Белобородого, — представился тот, сплюнул на землю густой кровавой слюной и подошёл ближе, убирая топор на пояс.

Он окинул меня подозрительным цепким взглядом, задерживаясь на моей одежде, плаще, который я взял из сундука, и на моём лице. Видимо, он никогда не видел настоящего Луку в лицо или видел мельком. Это был мой шанс. Единственный шанс избежать лишних вопросов и, возможно, получить помощь или хотя бы информацию.

— А ты не Лука… — неожиданно сказал он, сразу поднимая руки и показывая, что не собирается атаковать. — Луке почти пятьдесят, а ты молодой. Ты кто?

— Друг Луки, — ответил я, убирая арбалет за спину на верёвку, но продолжая держать камни в руках. — Он давно не появлялся в городе, и я вчера пришёл узнать, как у него дела.