У меня закружилась голова.

— Ты там не помер? — спросил он.

— Живой вроде, — прошептал я, не совсем понимая, как оказался на полу, ведь только что стоял и шёл к нему. Вот жеш задница!

— О, паря, да ты перегорел, — кузнец схватил меня под локоть, поднимая одной рукой, и силы в нём было ещё достаточно, чтобы скрутить меня в бараний рог.

Затем перехватил, так же не аккуратно, за шкирку и утащил на кухню, где заставил меня поесть и выпить три кружки обжигающей настойки, которая жгла горло и желудок, но возвращала хоть какое-то подобие жизни в тело.

— Что ты творишь, дурак? — проворчал Цао, наливая мне четвёртую кружку. — Пять дней не ел, не спал, этер выжег до нуля, ты вообще понимаешь, что мог сдохнуть?

— Понимаю, — ответил я хрипло и допил настойку. — Но нужно было закончить.

— Закончить, — повторил он и покачал головой. — Ты молодой, глупый, и думаешь, что твоё тело выдержит всё, но оно не выдержит. Запомни главное! Практик без этера — это труп, который ещё не понял, что мёртв.

Я кивнул, потому что спорить не было сил, и потому что он был прав, но кираса была готова, и это было важнее.

— Мастер Цао, — сказал я, когда немного пришёл в себя. — Мне нужна ваша помощь.

— Опять? — он удивился. — Что на этот раз?

— Ударьте меня, — попросил я.

— Что? — Цао уставился на меня так, словно я сошёл с ума. — Правду говорят мозги молодым этер разжижает!

— Ударьте по кирасе, — пояснил я. — Мне нужно проверить, работает ли защита, и вы единственный, кто может это сделать, потому что вы сильны и можете контролировать силу удара, чтобы не убить меня случайно.

Старик молчал, разглядывая мою кирасу, и я видел, как он прикидывает что-то в уме, и наконец он кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Пойдём во двор, здесь тесно, и если твоя штука пойдет в разнос, я не хочу, чтобы моя кузня пострадала.

Мы вышли во внутренний двор, и я встал посреди него, застегнул ремни кирасы потуже и приготовился, а Цао отошёл на несколько шагов и посмотрел на меня внимательно.

— Ты уверен? — спросил он.

— Уверен, — ответил я, хотя уверен я сейчас был только в том, что стою на ногах. И что это уже не галлюцинация. — Это же не сон?

— Тогда держись, — сказал Цао и шагнул вперёд, и его рука, обычная, человеческая рука, вдруг засветилась этером, и он ударил меня в грудь, не сильно, но достаточно, чтобы я почувствовал.

Удар пришёлся точно в центр кирасы, и я ожидал боли, ожидал, что меня отбросит назад, но вместо этого я почувствовал, как руны на пластинах вспыхнули ярким светом, и как этер вокруг моего тела всколыхнулся, поглощая удар, и как сила удара распределилась по всем тридцати пластинам разом, и я даже не пошатнулся, только слегка качнулся назад.