— Спасибо.

Он сделал глубокий глоток, не поморщившись. По донесшемуся до меня запаху я понял, что это крепкая настойка на спирту — что-то вроде самогона, настоянного на травах. Возможно, с добавлением живы, судя по легкому золотистому отблеску жидкости.

Значит вот с кем меня решил познакомить Грэм? Познакомить, чтобы я отдавал ей то, что буду варить. Это значит, старик несмотря на все слова, ожидал, что я буду варить много и варить хорошо. Он поверил в меня.

Морна села напротив, положив свои волосатые, когтистые руки на стол. Маленькие падальщики, всё ещё сидевшие у неё на плечах, уставились на нас своими чёрными бусинами глаз. Один из них негромко щёлкнул клювом.

— Так как же ты так себя запустил, Грэм? — спросила она, и в её голосе прозвучала не насмешка, а искреннее недоумение. — Когда ты уходил от меня в прошлый раз, чёрная хворь едва начала распространяться. А сейчас… — она покачала головой, — сейчас она почти добралась до сердца.

Грэм допил настойку и вытер рот тыльной стороной ладони.

— Пришлось идти к корню Древа, — коротко ответил он. — Чтобы пробудить внуку Дар.

Морна перевела взгляд на меня. Её жёлтые глаза с вертикальными зрачками впились в моё лицо, словно пытаясь прочитать что-то, скрытое под кожей. Взгляд был тяжёлым, давящим, нечеловеческим. Я заставил себя не отводить глаз, не дрогнуть.

Секунды тянулись.

Вдруг она фыркнула и отвела взгляд.

— Оно того, пожалуй, не стоило, — сказала она холодно. — Хиляк.

Грэм стукнул кружкой по столу.

— Я сам разберусь, стоило или нет, — отрезал он. — Тем более, этот хиляк, как ты говоришь, вынес меня от самого корня Древа Живы.

Морна ничего не ответила, просто пожала плечами. Мол, я сказала что думаю и ничего более.

Я же поймал себя на том, что не могу отвести от неё взгляда и не из страха, хотя страх, безусловно, присутствовал. Было в ней что-то… магнетическое. Какой-то необъяснимый животный магнетизм, который притягивал внимание помимо воли. Возможно, это было связано с её природой, с тем, что делало её такой. А возможно это просто инстинкт, заставляющий следить за хищником, пока он рядом.

Я осознанно отодвинул эти мысли, заставив себя сосредоточиться на обстановке. Похоже Морна знала, что производит такой «эффект», и следила за мной.

Грэм полез в карман, достал три склянки с моими отварами и аккуратно поставил их на стол, в ряд.

— Вот. Принёс продать.

— Ты что, на старости лет научился варить пристойные отвары?

Грэм ткнул пальцем в мою сторону:

— Вот он научился, когда открылся Дар.

— Что за Дар?

— Травника.

Морна подняла одну из склянок, поднесла к носу и принюхалась. Маленькие падальщики на её плечах тоже вытянули свои уродливые мордочки, принюхиваясь синхронно с хозяйкой. Она понюхала именно так, как это делают звери: коротко, резко втянув воздух и слегка приоткрыв рот. Ее ноздри раздулись, а желтые глаза прикрылись на мгновение, оценивая запах.