А значит не было ошибки и в том, что, падая, Ардан пересек ту самую, злосчастную черту. И теперь он, хрипя, пытаясь найти силы, чтобы подняться или хотя бы отползти назад, смотрел в глаза. Желтые, полные жгучей ярости и беспробудной скорби. Ардан уже видел когда-то такую же. В собственных глазах, когда вспоминал о гибели отца.

—Жизнь … — создание прорычало на ломанном языке зверей и мгновенно оказалось прямо перед Арданом. —Ты жизнь. Отец смерть. Мой отец смерть! Он забота обо мне! Он любовь я! Ты смерть мой отец! Я твой смерть! Твой и все, кто твой запах!

Волк распахнул пасть. В её глубине заклубились тени черного пламени. Арди слышал рев внутри этого огня. Рев и вой. Горький и наполненный слезами утраты. Не оставалось никаких сомнений, что это пламя, даже не потеряй Ардан связь с Лей, юноше было бы не остановить. Только, возможно, маг четырех звезд имел достаточно сил, чтобы воздвигнуть защиту против ярости Волка Пылающего Пламени.

И все же…

—Ты и я, — с трудом, заплетающимся языком, на языке зверей произнес Ардан. —Мы идем по тропе охоты. Я охотник. Ты охотник. Я гость на твоей тропе. Среди нас нет добычи.

Пламя продолжало реветь внутри глотки волка, но тот не спешил низвергать огонь на ненавистное ему создание.

—Ты говорить чисто. Как моя дед. Эта язык. Старый язык. Откуда знать?

—

Я не забирал дух твоего отца. Это сделал другой двуногий. Добыча. Не охотник. Я же…

—

Откуда знать язык⁈ — взревел волк и его клыки клацнули в миллиметр от лица Ардана, а лицо обдало жарким огнем пылающей шерсти.

Таким жарким, что, кажется, начали тлеть ресницы. Ард знал, что словами ситуации никак не поможешь. Волк не станет слушать ничего из того, что юноша тому скажет.

Все, что знал зверь — того, кто о нем заботился, кто помнил его с самого первого вздоха, первой раны, первого прыжка и первой охоты, не стало. Его забрали. Отняли у него.

Ардан хорошо знал это чувство.Помнил его. Помнил каждый день и каждую ночь.

Потому что такой шрам нельзя вылечить.

Только спрятать.

Даже если от самого себя…

—Возьми мою кровь, - Ард провел ладонью по лицу и протянул волку. —Делюсь с тобой добровольно своими памятью и волей, брат охотник. Посмотри правду, услышь шепот троп. Ты и я. Мы идем по одной тропе. Нам нечего делить.

Волк застал. Теперь все зависело от его решения. Если в нем еще осталась память предков, если слова, сказанные старыми охотники, еще живы в нем, то он примет дар. И тогда Ардан будет жить, а если нет, то…

Юноша почувствовал, как шершавый, горячий язык прошелся по его ладони. На мгновение Арду показалось, будто его руку опустили в кипящее масло.