Глава 106
Дорога вилась серпантином вдоль холма, на котором находился район Старого Парка. Борис, что-то шутя, искря веселой улыбкой, вел автомобиль, минуя поворот за поворотом. Елена и Тесс о чем-то болтали, то и дело звеня девичьим смехом, в который так задорно вплетался мягкий баритон Бориса. А Арди смотрел вперед и вниз.
Очередной поворот, очередной шелест зеленых деревьев, ветвями нависших над дорогой и вот впереди раскинулась сверкающая простынь бриллиантов. Те блестели, играясь солнечными лучами. Хватали их невидимыми ладонями и перебрасывались между друг другом, стремясь, в своих наглых и таких нелепых попытках, выдать себя за блики Ласточкиного Океана.
Тянущийся вширь, от одного скалистого берега до другого, лоскут синей глади безмятежно бил волнами песчаную полосу бухты Ветров. Там корабли, тяжелые и неповоротливые, железные громады с высокими трубами, чадящими дымом и копотью, выглядели лишь небольшими точками посреди водной глади. И только ласточки и чайки парили среди них, хватая крыльями невидимые потоки ветра.
Интересно, откуда прибыли все эти грузы? Кто поднимал тяжеленные контейнеры и бочки на баржи? Что лежало внутри коробок и ящиков? Какие истории те могли рассказать о том, что находилось там, по другую сторону радужных бликов, скользящих по спокойному океану.
А люди? Что сподвигло их пересечь бескрайнюю гладь и прибыть сюда, на чужие берега, в другую страну, где носили незнакомые наряды, говорили на чужом языке, а среди людей жили Первородные?
Ардан вытянул руку и расправил пальцы, ощущая кожей потоки воздуха. Интересно, птицы чувствовали себя так же?
* * *
Молодой охотник лежал на самом краю Лестниц. Он лениво размахивал лапами и наблюдал за тем, как облака тянулись куда-то вдаль. Среди них Кайшас, расправив четыре громадных крыла, парил свободно и легко. То ныряя, то выныривая из белоснежных, почти неподвижных громад.
Интересно, так же выглядит большая вода, про которую рассказывают ласточки, когда возвращаются к лету? Лето… оно заканчивалось, а вместе с ним начинался последний срок его учебы у Атта’нха.
Волчица, как и всегда, была рядом. Порой, Арди даже казалось, что мудрый друг всегда рядом с ним. Не важно — учится ли он ходить по снежным тропам или спускается в лесные разливы, где веселится со Скасти, Гутой и Шали. Атта’нха, будто, стояла поодаль, наблюдая за ним из густой листвы или из-за соседнего скалистого обрыва.
— Я помню, что ты говорила не завидовать птицам, волчица, — вздохнул Арди.
Атта’нха отряхнулась от снега. Волчица, легко и бесшумно, качая густым, длинным, пылающим белоснежным светом мехом, двигалась к нему. И с каждым шагом, с каждым движением, менялись её очертания, пока рядом не оказался некто, кто выглядел, одновременно, как сам Арди и как, в то же время, волк.