Помогали в самой интересной (только не стоит рассказывать остальным — чтобы не обидеть), новой части его жизни. Как и обещала — за семь снов до спуска в лесные разливы за ним приходила Атта’нха. Она брала его за руку и вместе они ступали по снегу, который всего за несколько минут приводил их с порога Хижины в дом волчицы на вершине Ледяного Клыка. Или, как правильно называлось это место — Гора Памяти.

Памяти, потому что те странные камни оказались наскальной жи-во-пи-сью — ужасно сложное слово. Их оставляли предки Арди, чтобы не забыть о путях и тропах Матабар. Волчица рассказывала Арди много интересного об истории и он всегда слушал с открытым ртом, но глубоко внутри ждал других уроков своего нового друга.

Иногда они приходили в её обитель — ледяной дом. Там она учила его читать и писать на языке Фае. Показывала свитки и к-н-и-г-и, а некоторые даже разрешала взять с собой в Хижину. Иногда содержимое книг вызывало у Арди головную боль — настолько оно было непонятным, но порой — открывало новые знания.

Атта’нха называла это «теорией».

Следом за которой всегда приходила «практика».

Вместе с волчицей они ходили по лесным разливам, где та рассказывала о корнях и цветах, деревьях и камнях, зверях и птицах, ручьях и озерах, насекомых и плодах. Какие-то знания требовала у Арди — потому что он должен был почерпнуть их из книг. Надо отдать должное охотнику, с последним он справлялся почти всегда. Ему очень нравилось подолгу сидеть на обрыве Лестниц, качать ногами над облаками и читать книги сидхе.

Так он узнал много нового о том, что раньше скрывалось от его взора. К примеру, как из корня жгучей ягоды и березового сока сделать лекарство, которое может снять жар. Или, что будет если смешать воду, собранную из ручья, текущего с изгибом на восток, третьего дня от начала лунного танца под светом красной звезды — не самое частое явление, но такая вода обладала особыми свойствами.

Так вот.

Если в ней растолочь жука древоруба, добавить к нему немного ножки самого обычного мухомора и настоять в листьях папоротника, то выпив такой отвар — можно видеть в ночи так же ясно, как Эргар с Шали. Арди попробовал пару раз приготовить отвар, но… в первый раз у него на голове выросли ослиные уши (Атта’нха долго смеялась, но превратила их в бабочек и те улетели ), а во второй — ночью-то он видел, но днем оказался таким же близоруким, как старый крот.

Благо зелье действовало всего один путь Духа Ночи и половину пути Духа Дня.

Но даже эти знания не шли ни в какое сравнение с тем, чему еще учила его мудрая волчица. Порой они приходили в самую простую рощу, садились там спиной к спине и… слушали. Как скрипят деревья; как качаются кроны, перешептываясь на ветру; как сплетничает трава, наполненная звуками сверчков, кузнечиков и других её извечных обитателей. Бывало, ходили и под ливнями, погружаясь в мелодию трелей нитей дождя, сплетающих узор над отдыхающим от тяжелых дней лесом. А еще поднимались высоко в горы, где веселый ветер встречал их легендами и историями об удивительных землях, скрытых туманами призрачного горизонта.