— Ты перечислила всех девушек, с которыми меня видела за неделю.

— Потому что переживала, что с тобой происходит.

— Конечно.

— Теперь не буду.

Он коротко усмехается, но в глазах веселья нет.

— Условия приняты.

— Все?

— Все.

Данил возвращается к острову и останавливается рядом со мной. Я запрокидываю голову, чтобы видеть его лицо.

— И ты сможешь так?

— Как?

— Не влюбиться.

Его ладонь ложится на спинку моего стула.

— Ты же уверена, что за столько лет ничего не случилось.

— Уверена.

— Тогда чего боишься?

Хороший вопрос.

Я боюсь не любви. До неё нам далеко. Боюсь потерять дружбу, привыкнуть к его прикосновениям и потом не суметь вернуться назад.

Но если сказать это вслух, он решит, что я отказываюсь.

А я не хочу отказываться.

— Я не боюсь, — отвечаю.

Данил наклоняется ближе. Его лицо оказывается напротив моего, ладонь перемещается со спинки стула на затылок.

— Значит, договорились?

Я смотрю на его губы.

— Договорились.

Он целует меня.

Спокойно только первые секунды. Потом пальцы крепче сжимаются в волосах, язык скользит по губам, и я разворачиваюсь на стуле, чтобы обнять его за шею.

Данил подхватывает меня под бёдра и сажает на кухонный остров.

Холодная столешница ощущается даже через футболку. Я обхватываю его ногами, но тянущая боль напоминает о вчерашнем. Невольно морщусь.

Он сразу отстраняется.

— Больно.

Не вопрос. Он понял по лицу.

— Немного.

Данил проводит ладонью по моему бедру и целует в висок.

— Сегодня отдых.

— Я не предлагала продолжать.

— Ты обхватила меня ногами.

— Чтобы не упасть.

— Конечно.

Я толкаю его ладонью в грудь.

— Не начинай.

Он отходит, но оставляет руки у меня на талии.

— Правила действуют с этого момента?

— Да.

— Тогда это был первый поцелуй по договору.

— Очень официальный.

— Можем подписать на бумаге.

— И отнести нотариусу?

— Я сам будущий юрист.

— Тебе пока нельзя доверять такие документы.

Данил смеётся. Впервые за всё утро нормально, без напряжения. Снимает меня со столешницы и ставит на пол осторожнее, чем нужно.

— Доедай. Потом выпьешь таблетку.

— Ты снова мной командуешь.

— Забота о здоровье не считается контролем.

— Это нужно вписать отдельным пунктом.

— Впиши.

Я возвращаюсь на стул и беру вилку. Омлет остыл, но я всё равно доедаю. Данил разогревает чай, поджаривает ещё два тоста и больше не возвращается к разговору.

Однако что-то между нами уже изменилось.

Теперь каждый его взгляд ощущается иначе. Каждое случайное прикосновение получает новый смысл. Когда Данил ставит передо мной чашку и пальцы касаются моих, я сразу вспоминаю, где ещё были эти пальцы.

Так жить будет сложно.

Но интересно.