После завтрака я выпиваю обезболивающее и возвращаюсь в спальню переодеваться. Данил остаётся на кухне, давая мне несколько минут.

Снимаю его футболку и складываю на кровати. На секунду хочется забрать с собой, но это уже будет странно. Хотя у меня дома лежит его старая синяя толстовка, поэтому ещё одна вещь никого не удивит.

Натягиваю бюстгальтер, белый свитер и джинсы. Ткань неприятно давит между ног, приходится двигаться осторожнее. Волосы расчёсываю пальцами, чёрную прядь снова укладываю поверх следа на шее.

В зеркале я выгляжу как обычно.

Только глаза другие.

Или я уже придумываю.

В гостиной Данил складывает остатки еды в холодильник. Он успел переодеться в тёмные джинсы и серую толстовку. Увидев меня, берёт ключи со стойки.

— Готова?

— Да.

— Сумка?

Я оглядываюсь. Она стоит возле дивана. Данил забирает её раньше меня.

— По правилам можно, — напоминает он.

— Пользуешься лазейками.

— Я их создавал.

Мы обуваемся в прихожей, надеваем пальто и выходим. Данил закрывает квартиру, проверяет ручку и вызывает лифт.

Внутри кабины установлена камера.

Я замечаю её сразу и отхожу к противоположной стене, когда он становится рядом.

— Что? — спрашивает Данил.

— Никаких прикосновений на людях.

— Здесь никого нет.

— Есть камера.

Он поднимает голову и смотрит на маленький чёрный объектив.

— Думаешь, охрана отправляет записи нашим родителям?

— Не хочу проверять.

Данил прячет улыбку и нажимает кнопку подземной парковки.

— Очень тайный договор.

— Именно.

В машине безопаснее. Стёкла затемнены, вокруг пусто. Данил кладёт мою сумку на заднее сиденье, садится за руль и не заводит двигатель.

Я пристёгиваюсь.

— Почему не едем?

Он поворачивается ко мне.

— Забыл кое-что.

— Что?

Ладонь ложится мне на шею. Данил притягивает ближе и целует.

Быстро, но совсем не по-дружески.

Когда отстраняется, я несколько секунд смотрю на него.

— Это было обязательно?

— Да.

— По какому пункту?

— По моему.

— У тебя нет отдельных пунктов.

— Теперь есть.

Он заводит двигатель, выезжает с парковочного места и оставляет меня спорить уже с его профилем.

До дома добираемся ближе к полудню. В воскресенье дороги свободнее, и поездка занимает меньше получаса. Я пишу маме, что скоро буду, затем отвечаю Соне.

Она прислала семь сообщений, три вопросительных знака и фотографию Кирилла, который утром удалил наши общие снимки со своей страницы.

«Я видела его с другой. Мы расстались», — пишу я.

Соня звонит сразу.

Я сбрасываю и отвечаю:

«Дома расскажу».

Она присылает злой смайлик и обещает найти Дашу, Кирилла и тяжёлый предмет.

Про Данила не спрашивает.

Про него я всё равно не расскажу.