— Для меня, как для робота, всё едино. Я воспринимаю мир только через твой промпт. То есть если что-то и случилось, то для меня это было всегда, — выдал ИИ.

Я ехал. Всё это было слишком сложно для меня, но голова гудела не от этого, а от применения особенности, которая почему-то посчитала Лазарева опасным даже после его гибели. Тиммейт, благо, больше не дурачился, а помогал. Сняв мне через сеть гараж и дом, так что я уже знал, куда мне ехать.

Ключи лежали над козырьком железной двери, а сам бетонный короб стоял на востоке городка Клей-Суйи, что восточнее Парижа в тридцати километрах. В этой Европе всё так близко.

И вот я уже вытаскивал попаданца в русского оппозиционера и заносил его — мычащего, с кляпом во рту — в гараж. Зная точно что сам он не развяжется, потому что эти узлы я вязал ещё с Афгана. Бывало, свяжешь «духа» мокрым ремнём, да так, что если тот дёргается — петля на шее затягивается, и всё. Конвоируешь его куда надо. Вот только такие мокрые ремни, когда они высыхали, оставалось только срезать. В этот же раз у меня был целый буксировочный трос.

Посадив человека в угол гаража, я навис над ним. Думая о том, что вот я тут и застрял…

В моменты моего знакомства с культурным кодом этого времени я натыкался на мультик для взрослых. «Рик и Морти» — было его название. Где пьяный дед-учёный говорил своему внуку: «Морти, пошли, тут приключение не на двадцать минут начать и кончить». А в результате всё оборачивалось целым сезоном приключений.

У меня всегда так. Мне везёт и не везёт одновременно. Задача была простая: найти и застрелить оппозиционера, а по сути — западного рупора лжи. И вот — я почему-то не могу его убить. А, с-сука! Хоть реально французский филиал отеля ОЗЛ открывай.

О боже, как же мы мало знаем об этом явлении. А особенно об определении особенностей, их наследовании и потере, их смешении и векторности полезности. Тут начинаешь верить во всякое странное. В Тима, который мог откуда-то закачивать в себя умения и знания. В Осьминога, который строит свой странный портал. И даже в Шерхана — существа с двумя личностями, перемещающимися даже не во времени, а в пространстве.

Моего майорского мозга не хватало, чтобы над этим всем думать. Для меня вообще раньше всё просто было: есть цель, есть задача. А более ничего меня не волновало. Но тут…

Говорить с Пьером Лазаром не хотелось. Я выложил в гараж всё оружие, оставив себе только бесшумный пистолет, и вышел, закрыв того на замок.

Машину я поменял, на другую но тоже каршеринговую и заехав в магазин Surplus militaire аналог магазина для наших охотников и рыбаков я купил там пару наручников, показав лишь водительское. В России браслеты можно купить только по удостоверению, а тут вот запросто, купил я и несколько аэрозольных баллончиков. Попутно созвонившись с Енотом, и объяснив ситуацию, а также свои предположения, что Пьер Лазар — обнулитель.