— Доктор Ли, это не шахматы. Все они погибнут, — произнёс я, указывая на пронумерованных роботов.

— Мы должны понимать, как. Машины, операторы, а также программисты должны понимать «как».

— Вы просили к ним как к людям относиться, — произнёс я. — Людей на такой штурм с такими условиями я бы не повёл.

— Хорошо, давайте представим, что они хрупкие дорогие машины. Однако мы должны на это посмотреть.

Я молча пошёл к столу и, взяв ящик с гранатами, подойдя к андроидам.

— Каждому взять по одной в левую руку. Автомат привести в состояние боевой готовности в правой, — приказал я.

От строя машин донеслось клацанье предохранителями и имитаторами затворов. А далее я прошёл мимо них и раздал каждому по гранате. Поставив ящик, прошёл ещё раз, убирая у каждой гранаты чеку. Зажатые в силиконовых пальцах скобы держали крепко и даже не дрожали. И я пошёл к двери, скомандовав:

— За мной.

Дверь была уже открыта, но от точки Б закрыта щитом, а налево и направо уходили покатые лестницы.

— Общая команда! Сначала бросаете гранату, потом ведёте стрелковый бой, соблюдая все меры личной безопасности. Готовы? По порядку номеров, парами — в бой!

И они рванули в проход. Тут же раздались множественные щелчки замедлителей и стрекотание чего-то крупного там, в конце полигона, чего-то, что словно горох звонко долбилось о стены и доски декораций. Страйкбольный пулемёт работал по вбегающим роботам, которые тут же начали кричать. На китайском, но совершенно дико, словно по ним и правда попадали пули. Они орали и хрипели, блажили и бурлили изнутри, изображая пневмоторакс.

И последним вбежал я, нагнувшись. Сразу заметив дот, откуда летела сплошная череда пластика. А окопы были имитированы тем, что всю платформу просто подняли выше, потому теперь, чтобы выйти из двери у точки «А», нам приходилось взбираться.

Однако план работал. На полигоне плыла слабенькая дымка от страйкбольной пиротехники. И я устремился вперёд, насаживая шары куда-то в эту дымку. И в пылу буга заметил, как один робот с цифрой 7 тащит пятого за бронежилет назад, а пятый изображает раненого. При этом робот с номером 7 отстреливается в сторону бункера. А вокруг стоял гам и ор — кричали все: и наши роботы, и ненаши.

Я перепрыгнул через колючую проволоку и этот момент получил болезненный шарик — в левое предплечье. Но я уже летел в окоп и, падая на пятую точку, поскользнувшись на чём-то мягком, подстрелил ту машину, которая меня условно ранила. И робот свалился условно замертво.

Но вдруг, из-за моей спины встало в половину роста то, обо что я споткнулся и почему скользил задницей. Это был андроид в белом бронежилете и белой же каске. Он уже направлял АК на меня, но я придавил ствол автомата к стене окопа всем корпусом, а ногой пнул машину от себя.