— У нас император сидит в монастыре и помогает нам решать судьбы мира. Мне говорили, что у вас был кто-то типа него, но потом мне сказали, что он исчез, но появились вы. Поистине медоед, идущий в самые жестокие сражения. Я бы, наоборот, хранил вас от всех ваших приключений, хранил бы до нужного момента. — произнёс он.

— В США — «Эхо», в Европе — «Наследие», которое по сути воскрешение ордена Аненербе. Нужный момент уже настал. Они запускают в нашу сторону свои щупальца, пока что прощупывая нашу оборону. Недавно я остановил тройку, которая охотилась за вернувшимися у нас в стране. Ваш Ван Юй — это пример того, как вернувшийся может быть опасен. Тот момент, о котором вы говорите, уже идёт. И их нельзя победить, сидя в монастыре. — произнёс я.

— Что ж, Медоед, — Си поставил пиалу на стол и поднялся, поднялись и мы все. — Разговор был долгим и приятным. Однако я вас оставлю.

Он одёрнул пиджак легким, почти незаметным движением.

— Вы не ищете лёгких путей. Это хорошо. Это значит, что вы не сломаетесь, когда придёт время по-настоящему трудного выбора. — Он перевёл взгляд на Леру. — И вы, товарищ старший лейтенант. Берегите командира. Таких, как он, больше не делают.

— Есть беречь командира! — произнесла она.

Си улыбнулся уголками губ. Повернулся ко мне и протянул руку, и я пожал её. Он не дёргал ладонь как Трамп, он не «играл» в Рестлинг на ТНТ с Фоменко, он знал кто он и ему не нужно было показывать лишнюю власть. В отличии от их вернувшегося Императора, которого закусила моё стремление к конкретике.

— Медоед вы тут всегда здесь желанный гость. Выберите место с супругой для дома.

— Спасибо, — сказал я. — За ужин. За разговор. За… — я запнулся, подбирая слово, — всё.

Он кивнул, отпустив мою руку и шагнул к выходу. Двое охранников, до этого стоявших недвижимо у стен, бесшумно пристроились следом. А третий — переводчик, — на секунду задержался, взглянул на меня поверх оправы ожидая отмашки от посла и получив её вышел за Председателем.

Си вышел, а в зале повисла тишина. И Лера выдохнула шумно и с присвистом, сев обратно на стул.

— Бляха-муха, — произнесла она. — Я думала, что сквозь землю провалюсь. Боялась спороть чего-нибудь, я же выпила перед поездкой.

Вэй Вэйпин, стоявший у стола, расслабленно опустился на стул напротив. Круглое лицо его лоснилось, перемотанные руки он положил на стол.

— Хорошо посидели, — сказал он с улыбкой. — Господин Председатель вами доволен. Это редкость.

Лера посмотрела на меня, потом на посла.

— Слав, — сказала она. — Товарищ Вэй Вэйпин, может, выпьем?