— Всем жителя города грозит смертельная опасность. Нам важна любая мелочь, понимаете?

Голос Гийома звучал мягче, в нём не ощущалось угрозы, лишь беспокойство. Келлон вздохнул:

— Я никому не показывал, чтобы не пугать людей, — наконец выдавил он, — но вы должны это видеть. В жизни не сталкивался с таким и даже мысли не допускал раньше, чтоони всё-таки существуют.

Оба мага переглянулись, некромант нахмурился. Келлон провёл Гийома и Фаррана к келье, где свою последнюю ночь провела Йона. Рассказал он и то, как почувствовал что-то неладное, будто кольцо могильного холода сомкнулось вокруг часовни. Такого страха жрец не испытывал никогда в жизни и истово молился всем богам, а в особенности своему покровителю, чтобы это исчезло. И тьма действительно отступила, только наутро он обнаружил Йоану в ужасном состоянии.

Некромант, зайдя внутрь крохотной комнатушки, поморщился. Он сразу уловил странный след, прежде ему незнакомый. Его познаний о вампирах было слишком мало, сохранившиеся легенды давали многое, но далеко не всё. Фарран не чувствовал буквального присутствия вампира здесь, но всё же остались очень странные, едва уловимые следы. Не укрылись от глаз некроманта и бурые пятна засохшей крови, которая впиталась в дерево. Фарран провёл пальцами по бордовым полосам и тут же отдёрнул руку — эмоции, которые в момент припадка испытывала несчастная Йоана, оказались слишком сильны. Настолько, что любой маг при контакте с кровью способен уловить их, что в таком случае говорить о вампирах?

— Мне нужно немного побыть здесь, — сказал Фарран, дав понять Гийому и Келлону, что им нужно выйти.

Оба без лишних вопросов покинули тесное помещение. Через стрельчатые окна в молельную залу проникали последние лучи солнца. Белый оштукатуренный потолок стал красным, точно его залило кровью. Такое бывало каждым ясным вечером, но сегодня багрянец казался особенно зловещим. Гийом не без содрогания вспомнил видение с упырицей Йоаной в лаборатории некроманта. У любого живого человека в здравом уме нежить вызывала инстинктивный ужас, и лишь вампиры относились к числу тех немногих плотоядных чудовищ, которые были способны влиять на разум людей. По легендам устоять перед их про́клятым очарованием практически невозможно, даже упыри, младшие вампиры, были способны морочить голову людям со слабой волей.

В зале повисло неловкое молчание, которое всё же прервал Гийом:

— Мы не смогли уговорить её соседок с семьями переждать эту ночь здесь, может быть, получится у вас, отец Келлон? До ночи осталось совсем немного…