— Нервный ты какой–то…

Я резко развернулся, но никого не увидел. Спрятав пистолет обратно в кобуру, я взялся за автомат.

— Эй, Джонни! — я подошел к ближайшим кустам и отодвинул ветку. — Я совсем даже не сержусь! Покажи личико…

Я осмотрел все на насколько метров вокруг, но только пару ящериц спугнул. Погрузился в мертвозрение, «прощупал» лес километра на два во все стороны, но ни одной подозрительной точки не обнаружил. «Своих» мертвяков я уже не ощущал — далеко, а животные не интересовали. Немного удивляло, что в лесу не было ничего «красного» — за чем-то ведь местные рейдеры охотились, но, видимо, для этого они забирались дальше. Кажется, Чирик на этот счет что-то объяснял.

— Эй, кожаная жопа! Я ведь и вспылить могу!

В ответ тишина. Лес шелестит, птички где-то вдалеке кашляют, но ничего постороннего.

— Хотел-то чего⁈

И основа: хрен вам.

— Сука.

Выждав с минуту, я двинулся дальше: не бегом. Инстинктивно все еще хотелось прибавить шагу, но раз «супер» за мной не увязался — смысла это не имело, а вот гремлин мог еще раз «пошутить».

— Крыса в пиджаке, — пробормотал я. На самом деле, Джонни был в жилетке, но так мне показалось обиднее.

Как он так быстро перемещается? Сначала я его заметил на берегу, с другой стороны деревни среди кучи другого народа, а после — здесь, посреди леса. Телепортация какая-нибудь? Или маскировка? Последнее объясняло, как он так резко пропадал из виду. Тогда кого я на берегу почувствовал? Еще одного Джонни? Было бы обидно. Пусть уж лучше телепортация. Чебурашка бритая…

Правда, с Острова он меня все же вытащил. Неизвестно для каких целей и не приложил ли он руку, чтобы я туда попал, но вытащил. Вот только благодетели ведут себя по-другому! Не издеваются и Кока-Колу не воруют! Да и не взять с меня ничего… по крайней мере, ничего, с чем бы я сам хоть чуть-чуть разобрался.

— Сука, — резюмировал я.

Не снижая бдительности, я шел часа полтора — время успело подойти к вечеру — когда снова ощутил впереди амулет. Мертвозрение всегда лучше фиксировало то, что я «видел» не в первый раз, а потому защитную линию заметил заранее. Сориентировавшись, я повернул, чтобы пройти между нерабочими секциями. А вон и поляна, где мы мертвяков вязали…

С этого расстояния я уже чувствовал людей в деревне: желтые и желтые с красными точки. Большинство находилось внутри зданий, но многие оставались и на улице. Сами здания я… не то, чтобы ощущал, но предположить, как стоят стены, мог. Меняя интенсивность мертвозрения, я будто между фильтрами переключался. Дальность от этого страдала и голова побаливала, но картину я получал более полную.