— Давно пора! — поддержал другой голос.
Виктор поднял руку, призывая к тишине:
— У нас много работы. Нужно восстановить порядок, наладить связь между базами, определить новые приоритеты. Но сначала…
Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся:
— Сначала мы меняем название. Отныне мы не разрушители. Мы — созидатели.
Новая волна криков и аплодисментов едва не оглушила меня. Кира прижалась к моему плечу, шепча:
— Похоже, они правда этого ждали.
— Ещё бы, — ответил я, наблюдая, как люди подходят к Виктору, пожимают руки, хлопают по плечу. — Главный держал их в страхе. А страх — плохой клей для империи.
Иван, стоявший рядом с нами, хмыкнул:
— Знали бы вы, сколько раз в казармах обсуждали возможность переворота. Но все боялись. Теперь… — он кивнул на ликующую толпу, — теперь можно не бояться.
Я смотрел на этот водоворот эмоций и думал о том, как странно устроен мир. Иногда нужно что-то разрушить, чтобы построить новое. Главный хотел создать империю страха, а создал армию людей, мечтающих о свободе. И теперь эта армия наконец получила своего настоящего лидера.
Виктор поймал мой взгляд и едва заметно кивнул. Я ответил тем же. Наша часть работы была выполнена — мы убрали тирана и расчистили путь для нового порядка. Теперь пришло время созидать.
Глава 4
Не успели стихнуть слова о смене власти, как дверь ближайшего здания с грохотом распахнулась. На небольшую площадь вышли пятеро мужчин, и по их виду сразу становилось понятно — это не рядовые разрушители. Дорогие доспехи, артефакты высшего класса, характерная осанка людей, привыкших отдавать приказы. Впереди шёл мужчина, чья массивная фигура буквально излучала угрозу — на голову выше остальных, плечи как у медведя, а в глазах плескалась чистая, незамутнённая ярость.
— Виктор, скотина ты живучая! — прорычал он, останавливаясь в нескольких шагах. — Значит, прихлопнул Главного и теперь сам метишь на его место? А губа не треснет⁈
Виктор, до этого момента сохранявший невозмутимое выражение лица, вдруг улыбнулся:
— Сёма, ты ли это⁈ — В его голосе прозвучало что-то похожее на искреннюю радость. — Я смотрю, годы тебя не портят — всё такой же громкий.
Я заметил, как Кира незаметно сместилась влево, занимая позицию для возможной атаки. Её пальцы едва заметно подрагивали — верный признак того, что она готовит молнию. Но Виктор едва заметно качнул головой — мол, не вмешивайтесь.
— Я понимаю, что ты всегда был тёмным кардиналом Кости, — продолжил Виктор, делая шаг вперёд. — Но сейчас-то что ты хочешь? Нет больше твоего папочки. Доигрался в повелителя.