Тренер хмыкнул, но что-то в моём тоне, видимо, заставило его присмотреться и дать мне шанс.

— Ну, если говоришь, что с умом решил подойти к делу… ладно. Перчатки есть? Бинты?

Я покачал головой.

— Понятно. Держи, — он бросил мне старые, но чистые бинты и пару потрёпанных перчаток. — Руки обмотай, потом иди к мешку. Покажешь, что умеешь.

Я по памяти принялся обматывать кисти. Когда закончил, сжал и разжал кулаки, проверяя, как ткань фиксирует суставы. Удостоверившись, что всё сделал правильно, натянул перчатки.

— Готов? — спросил тренер, который всё это время внимательно наблюдал за мной.

— Момент, — сказал я и полез за наушниками. — Для лучшего настроя, — пояснил я.

Тренер пожал плечами, мол, делай как знаешь.

Подошёл к мешку. Потрогал его. Он был тяжёлым, жёстким, таким, каким и должен быть. Я встал в стойку. Ноги чуть согнуты, левая рука впереди, правая у подбородка. Дыхание глубокое.

В наушниках заиграл «The Unforgiven II». Не самый подходящий трек для тренировок, но именно он разжёг во мне боевой настрой, потому что с ним были связаны многие воспоминания юности, в которых фигурировал Ларин.

Первый удар. Лёгкий джеб, пробный. Мешок качнулся чуть-чуть. Перед глазами встала картина, как мы с Виталей стоим на дискотеке и кадрим девчонок.

Ещё один, уже посильнее. Я тащу на себе раненого Ларина. Мы выбрались буквально из пекла. Из всей нашей группы остались только я и он. Именно тогда я вернулся за другом, хотя понимал, что скорей всего там и останемся оба.

Левая, правая. Хук. Апперкот. Тело, непривычное к таким нагрузкам, протестовало, но злость придавала сил, и слабость капитулировала перед этим напором.

Кадр за кадром, воспоминание за воспоминанием я наращивал темп. Удар, удар, ещё удар. Моя правая рука летит точно в цель. Проворачиваю корпус, ноги работают в заданном темпе. Я бил грушу, вкладывая вес, энергию и всю злость и досаду, которые скопились во мне.

Не знаю, сколько времени прошло. Я бил, глубоко погрузившись в воспоминания. В какой-то момент я почувствовал осторожное касание по плечу. Резко развернулся, моя рука полетела вперёд, и только в самый последний момент я остановил её в сантиметре от лица тренера.

— Эй, парень! Стоп! — услышал я, когда между треками возникла пауза.

Вытащив наушники, я замер, тяжело дыша. Тренер стоял передо мной неподвижно и смотрел на меня спокойно, даже как-то понимающе.

— Ты где так бить научился? — спросил он, приподняв бровь. — Удары правильные. Движение ног правильное. Не скажу, что идеально, но… такое ощущение, что ты не первый день этим занимаешься.