— Ничего, я просто спросить, — сказал я и вошёл в кабинет и чуть не рассмеялся в голос.

Игорь сидел в кресле за рабочим столом и чесал голову какой-то штукой с тонкими металлическими прутиками. При этом глаза его были закрыты, а выражение лица было таким одухотворённым, будто он… В общем, хорошо ему было.

— И снова здравствуйте, — заявил я с порога.

Брат вздрогнул и поспешил убрать штуковину в стол.

— Я же просил меня не беспокоить, — прошипел он, сражаясь с металлическими прутиками. — И зачем я только нанял секретаря…

— Она пыталась, — оправдал в глазах брата его помощницу. А то ещё уволит девчонку зазря. — Вы продолжайте, продолжайте. Я просто хотел узнать, где живёт один мой ученик.

Смирившись с неизбежным, Игорь положил на стол приспособу и кивнул на угловой шкаф.

— Там. Папка, на которой написано 9 Б, — со вздохом проговорил он, но тут же подобрался. — А вам зачем?

— Ученик один в школу не пришёл. Хочу в гости к нему сходить и узнать причину. Может, случилось что…

— А-а, —протянул Игорь, наблюдая, как я роюсь в шкафу. — Это похвальное желание.

Папка обнаружилась быстро. Вот только я не знал фамилии рифмача. Но, стоило взглянуть на первое личное дело, как довольная улыбка сама вылезла на моё лицо. Фото шло в комплекте.

Отыскав нужное, я достал из кармана блокнот с ручкой. Выписал адрес и фамилию рифмача. Закончив с этим, вернул папку на место.

— Благодарю. Прошу прощения за беспокойство, — решил быть вежливым я. Но у двери я задержался и кивнул на приспособу. — А что это?

Игорь посмотрел на вещицу так, будто видел её впервые и растерянно пояснил:

— Массажёр для головы. Очень помогает снять стресс.

— О, прикольно. Надо будет и себе такой купить. Времена нынче сложные.

— Сложные, — эхом отозвался Игорь.

Больше здесь мне делать было нечего, поэтому я открыл дверь и шагнул в приёмную. Но тут вспомнил кое о чём и вернулся, прикрыв дверь.

— Что-то забыли, Егор Викторович? — спросил Игорь, вновь откладывая свою чесалку в сторону.

— Ага, — я прошёл к его столу и сел на стул. Положив локти на стол, спросил: — Что такое буллинг и эти, как их… отношения эти, — я пощёлкал пальцами, вспоминая слово. — Абьюзивные, вот.

Игорь непонимающе на меня вытаращился.

— Ну-у, — протянул он. — Буллинг — это когда кто-то намеренно и неоднократно делает другому человеку больно, проявляя эмоциональную или физическую агрессию.

Я нахмурился. Ничего подобного я детишкам не делал. Если бы я проявил агрессию и уж тем более физическую, то это выглядело бы совершенно по-другому. Нежные они какие-то, если считают мои слова буллингом. В девяностые это восприняли бы, как нежное поглаживание.