— Ты почти ничего не съела. — заметила она.

— Так влюбленные обычно питаются одной любовью. — снова подколола меня Валька и умчалась в свою комнату, прежде чем я успела ей влепить подзатыльник.

... Мария Владимировна – не наша родная мама, а приемная. Три года назад нас забрали с вокзала, где мы просили милостыню и перебивались случайными заработками в овощных лавках. Так мы и попали в детский дом.

Детский дом…

Кому-то это может быть знакомо понаслышке, а я знаю, как там нелегко, не из чужих рассказов. Из-за пьющей матери я оказалась там вместе с сестрой. Мне тогда было четырнадцать, а Вале – девять. Нам было тоскливо, но не потому, что мы скучали по матери, а потому, что нас лишили свободы.

Мы привыкли скитаться по городу, просить подаяние, а в детском доме, казалось бы, было все необходимое. Но там у нас не было права голоса, и мы были обязаны следовать установленному распорядку, любое нарушение которого грозило серьезными последствиями.

Однажды удача улыбнулась нам, а точнее, моей сестре. Именно она выскочила в коридор в тот момент, когда там проходила Мария Владимировна. Валя произвела на нее такое впечатление, что она сразу же решила взять ее к себе, хотя моя сестра шла со мной в комплекте. Но это не остановило Марию Владимировну, и она оформила опеку над нами обеими.

Она забрала нас к себе, и мы на ее машине отправились в просторную четырехкомнатную квартиру. У каждой из нас есть своя комната. В первый день мы осваивались, и Мария Владимировна оказалась очень доброй женщиной. Она показала нам свои альбомы, и мы с любопытством разглядывали каждую фотографию, потому что у нашей матери никогда не было подобных воспоминаний. Все, что она могла предложить, это очередного собутыльника, которого называла нашим отцом.

У Марии Владимировны есть взрослый сын, который живет со своей семьей в другом городе и не часто может навещать мать. Поэтому она и захотела взять нас под опеку, чтобы не чувствовать себя одинокой...

После ужина я ушла в свою комнату, но вместо того, чтобы делать уроки, уставилась в телефон, ожидая сообщения от Ярослава. Валя, конечно, всё преувеличила. Никакого спасения не было, просто он помог нам выбраться из застрявшего лифта. Но, признаться, он мне понравился. Высокий, темноволосый, с добрыми глазами. И улыбка у него… Я даже не заметила, как пролетело время в мечтах.

Вдруг телефон завибрировал. Сообщение с незнакомого номера:

"Привет, Настя. Это Ярослав. Как ты?"

Сердце бешено заколотилось.

Я быстро ответила:

"Привет! Все хорошо, спасибо. Как ты?"