— Мам, мне некуда идти… — прошептала я, чувствуя, как слезы предательски подступают к глазам.
Она молчала, словно взвешивая все "за" и "против". В ее мутных глазах промелькнула слабая тень сомнения, но потом она обреченно вздохнула и посторонилась, пропуская меня в темную, пропахшую табаком и безысходностью квартиру. Это был мой последний шанс на спасение…
Глава 14
Анастасия:
Лампочка, будто сонная муха, еле теплилась, обнажая нищету материнского угла. В нос ударил спертый запах сырости, смешанный с едким перегаром. Обшарпанные стены нависали, готовые рухнуть и похоронить под собой все надежды. Но даже этот кошмар был милее ночи на улице. Мать, не взглянув, ткнула пальцем в сторону продавленного дивана. Пружины, словно злые когти, впились в тело, когда я опустилась на него. Она выудила из недр шкафа початую бутылку водки и граненый стакан, плеснула себе щедрую порцию и жадно опрокинула в себя. Потом, скользнув по мне мутным взглядом, процедила:
— Надолго ли приползла?
В ответ я лишь обреченно пожала плечами, ком подступил к горлу.Комната наполнилась тягучим молчанием, которое резало лишь ее хриплое дыхание. Я чувствовала себя выброшенной на берег сломанной щепкой. В голове, мелькали обрывки воспоминаний: сиротский дом, нож в спину от Ярослава, ледяное равнодушие бывших подруг. И лишь светлое лицо Вали, ее искренняя улыбка, мерцали слабым огоньком надежды. Ради нее я должна выкарабкаться...
Утром мать вместе со своим сожителем, чье имя даже не отложилось в памяти, ушли на работу, оставив меня наедине с удушающей безысходностью. Окинув взглядом захламленное пространство, я вдруг почувствовала непреодолимое желание все изменить, вырвать эту квартиру из лап грязи и запустения, вдохнуть в нее хоть немного жизни.Я начала с генеральной уборки. Отмывала присохшую грязь, драила пожелтевшую сантехнику, выносила мешки с мусором, словно избавляясь от гнетущего прошлого. К вечеру квартира преобразилась, словно сбросила с себя тяжелый груз. Стало чисто, свежо и даже немного уютно. Мать вернулась, уставшая и раздраженная. Но, окинув взглядом преобразившуюся комнату, удивленно вскинула брови. В ее потухших глазах на мгновение промелькнула искра чего-то давно забытого, человеческого. Может быть, не все еще потеряно?
Смотрю фотографии, воспоминания вьются вокруг. Мать ушла в магазин, а ее сожитель, безымянный урод, сидит напротив и бросает сальные взгляды. Игнорирую его, листаю дальше и, скрепя сердцем, удаляю наши общие фотографии с Ярославом. Натыкаюсь на то злосчастное изображение с Князевым, и в голове вспыхивает идея.