Пишу ему, не мешкая:

"Привет, можем встретиться?"

Сердце колотится, когда на экране появляются набирающие точки.Наконец приходит лаконичный, но такой желанный ответ:

"Через час жду в кафе Ваниль"

Иду в ванную, чтобы привести себя в порядок. Умывшись, заворачиваюсь в полотенце, и в этот момент в комнату врывается мамин хахаль, его мерзкая ухмылка расползается по лицу, словно плесень.

— Ну что, куколка, пошалим? — он надвигается, я отступаю, чувствуя, как леденящий страх сковывает тело.

— А с кем это ты шалить собрался, скотина? — в дверном проеме возникает мать, и с размаху бьет его по голове. Тот охает, протирая ушибленное место.

— Да я пошутил...

— А ну, пошел в зал! — командует мать своим прокуренным голосом.

Он тут же исчезает.

— Собирай свои манатки и проваливай! — бросает она мне и уходит.

Мне ничего не остается, как наспех одеться и собрать свои вещи. Напоследок я смотрю на женщину, которую когда-то называла мамой. Моя мама умерла. А это – лишь жалкая оболочка, пропащая душа. Не сказав ни слова, я выхожу и направляюсь в кафе – договариваться с Князевым. После мне придется на его же деньги снять жильё, если конечно он согласится мне помочь...

В "Ванили" витал густой аромат корицы и дорогого кофе. Князев сидел за столиком у окна, одетый в тёмную рубашку и поношенные, но стильные синие джинсы. В его взгляде плескался холодный расчет. Я села напротив, чувствуя себя загнанной в угол мышью, готовой к прыжку.

— Спасибо, что согласился встретиться, — начала я, стараясь придать голосу уверенности, но он предательски дрожал. — Мне нужна твоя помощь. — и я рассказала ему всё: про Ярослава, про ситуацию, в которой оказалась. Не стала приукрашивать, не стала жалеть себя. Выложила правду, как грязное белье на стиральную доску, хотя каждая клетка тела противилась этому.

Когда я закончила, он долго молчал, будто взвешивая каждое слово, каждое мое движение.

— Что тебе нужно от меня? — спросил он наконец, и этот вопрос повис в воздухе.

Я знала, что он неизбежен.

— Вот это. Купи, пожалуйста. Телефоном я не пользовалась. — ответила я, выкладывая на стол новый телефон, подаренный им, и два кольца: одно от Ярослава, другое – подарок от неизвестного.

Князев смотрит на содержимое стола и усмехается, в его глазах пляшут черти.

— Мои же подарки мне и продаешь? А где выпускное платье? — приподнимает бровь и подается вперед через стол, нарушая личное пространство.

Так вот он, таинственный поклонник, осыпавший меня знаками внимания, подаривший кольцо и платье. Если про телефон я знала, то про учебник, кольцо и платье и подумать не могла. А подружки… Предательницы! Ведь они делали вид, что сами выбирали мне платье, не моргнув и глазом...