Глава 26
Руслан:
Утро встретило нас ярким солнцем. Я осторожно задвинул шторку, чтобы его лучи не разбудили Настю, мирно спящую рядом, удобно устроившись на подушке. Её рука покоилась на моей груди, и в этот момент я испытывал настоящее счастье. Я знал, что, как только она проснётся, будет смотреть на меня с виноватым выражением и извиняться за свою несдержанность. Я уже привык к её самобичеваниям. И всё же я люблю эту маленькую занозу, которая в свои годы вынуждена была рано повзрослеть.
Раньше я и не думал, что смогу так сильно привязаться к ней, терпеть её терзания из-за другого мужчины и утешать в любой удобный момент.
Когда Настя только появилась в нашем классе, она показалась мне забитой серой мышкой. Сначала она держалась в стороне, присматриваясь к окружающим. Но вскоре её взяли в оборот Маринка и Олеська, и она начала постепенно вливаться в коллектив, только не в мой.
Меня раздражало её присутствие. Что-то в ней отталкивало меня. Я постоянно хотел её подколоть, поддеть, съязвить, подстебнуть, хотя сам не понимал, зачем.Но вскоре я заметил, как мой друг Витька стал бросать заинтересованные взгляды в сторону этой серой мышки. Я удивлялся его вкусу и не мог уловить, что именно его привлекло, ведь я видел лишь несуразную голубоглазую блондинку, которая на все мои реплики лишь скалилась, обнажая острые зубы.Тем не менее, я начал неосознанно пялиться на неё и тонуть в её небесно-голубых глазах, представляя, как касаюсь её длинных, белоснежных волос, расплетая вечно заплетённую косу. Я понял одно: я конкретно втрескался по уши.
С каждым днём я всё больше погружался в свои чувства, и это меня пугало. Я не знал, как подойти к Насте, как заговорить с ней, ведь в классе уже сложилась своя иерархия, и я в ней главный зачинщик. Именно я был виновен в том, что над ней каждый второй потешался. Я решил не обращать на неё внимания и держать дистанцию. Но чем больше я пытался держаться от неё подальше, тем сильнее тянуло к ней.
На каждой перемене я старался вслушиваться в её разговоры с подругами. Слушая её, я всё больше понимал, что за её хрупкой оболочкой скрывается сильный и умный человек. Она рассказывала о своих увлечениях, о том, как любит рисовать, и я с удивлением узнал, что её рисунки полны жизни и цвета, в отличие от её внешности. Я начал видеть в ней не только объект своего увлечения, но и союзника. У нас совпадали увлечения.
Но, как всегда бывает, на горизонте замаячил другой мужчина. Я не знал, как его зовут, но его тень нависала над нами, и я чувствовал, как Настя светилась от счастья, вспоминая о нём. Это вызывало во мне бурю эмоций: злость, ревность, рвение доказать ей, что я лучше любого другого, но в то же время я не хотел причинить ей боль. Она заслуживала счастья, даже если это счастье было не со мной. Я не мог позволить себе эгоизм.