— Я тебе говорю, они здесь чужие! Гнать их надо, пока не поздно, пока не решили, что им тут что-то принадлежит! Наследства захотят, квартиру оттяпают, вот увидишь! — шипела жена Валентина Ивановича, в голосе её клокотала злоба.

— Ну как я их выгоню? Ты подумай сама! Они же дети совсем, пусть живут пока, — робко возразил он.

— О дочери своей подумай! Ей скоро в институт, в престижный! Где ты деньги возьмешь? – не унималась она. — Так что решай: или ты сам их вышвыриваешь, или я! — отрезала она, словно сталью.

Больше я не могла слушать. С трудом взяв себя в руки, я пересказала услышанное Вале. Мы решили, что оставаться здесь больше нельзя. Я набрала номер Ярослава, самого близкого мне человека, и, дрожащим голосом, объяснила ситуацию. Он, не раздумывая, предложил нам с Валей пожить у него. Валя сразу согласилась, а у меня просто не было сил спорить. Впереди простиралась непроглядная тьма неизвестности, жизнь без мамы, и я боялась, что мне не хватит сил выдержать это. Но я знала одно: ради Вали я должна быть сильной.

Сборы были стремительными и безмолвными. Мы упаковали самые необходимые вещи в старые мамины чемоданы, стараясь не шуметь, чтобы не привлекать внимания злобной тётки. Валя, как маленький испуганный зверёк, жалась ко мне. В её глазах плескался такой вселенский страх, что сердце моё разрывалось от боли.

Ярослав прислал за нами такси. Водитель молча погрузил чемоданы в багажник, и мы, словно воры, покинули дом, ставший вдруг таким чужим и враждебным. Всю дорогу до квартиры Ярослава мы ехали молча. Валя дремала, привалившись ко мне, а я смотрела в окно на мелькающие огни города, пытаясь осознать, что моя жизнь перевернулась с ног на голову.

Квартира Ярослава встретила нас тишиной, на столе стояла ваза с фруктами.

Валя немного оживилась, рассматривая развешанные на стенах фотографии Ярослава, его дипломы и награды. Она, казалось, забыла о своём горе, увлеченно рассказывая мне о его школьных достижениях и победах в олимпиадах. В этот момент я поняла, что у нас есть, за что бороться, ради кого жить.

Мы остались в квартире Ярослава. Он звонил почти каждый день, интересовался нашими делами, подбадривал и успокаивал. Его поддержка была для нас спасительным кругом в бушующем океане горя и неопределенности. Я стараюсь погрузиться в учёбу скоро выпускные экзамены, Валя ходит в школу. Жизнь постепенно налаживается, хотя боль утраты никогда не покидала наши сердца. Но мы знали, что вместе мы справимся со всем.

Однажды, щелкнув ключом в замке, в квартиру вошла женщина, смутно напоминавшая Ярослава. Ухоженная, с точеной фигурой, которую подчеркивало безупречно сидящее платье, она источала ауру дорогой красоты, говорящую о немалых усилиях и средствах, вложенных во внешность.