Мы двинулись к ним, но Валя замерла у машины, не сводя глаз с родителей Руслана. Я повернулась к ней и с тревогой спросила:

— Ты чего? Пойдём.

Подтолкнула её легонько. Она повернулась ко мне и тихо прошептала:

— Они хотят меня удочерить.

Сердце бешено заколотилось. Я посмотрела на Руслана. Он виновато улыбнулся и пробормотал:

— Сюрприз.

Вот так сюрприз! Мою сестру хотят забрать, а я должна от счастья в ладоши хлопать?

Родители подошли ближе. Лариса, взглянув на меня, поняла, в чём дело, и отвела в сторону, пока остальные обнимались и направлялись к дому. Мы сели в беседку, утопающую в пышных цветах, и Лариса начала разговор:

— Руслан нам всё рассказал о Вале, о том, как её забрали в детский дом, и о том, что ты живёшь в его квартире. Мы с Аланом долго думали и решили удочерить её.

— А как же я? — всхлипнула я, и слёзы невольно потекли по щекам.

— Никто у тебя её не отнимает. — она обняла меня. — Вы с Русланом поедете учиться, а мы присмотрим за Валечкой. По возможности будем приезжать к вам или вы к нам. — одобрительно улыбнулась она, словно уже видела всё в деталях.

В её словах был здравый смысл, особенно учитывая, что мне действительно нравилась перспектива стать хорошим дизайнером. Но они помогают из-за Руслана, и я не уверена, что смогу его полюбить.

— Спасибо, конечно, но, Лариса, я не уверена, что мы с Русланом когда-нибудь будем вместе как пара. — опустила я голову, понимая, что каждой матери неприятно слышать, что её сын нелюбим или не подходит.

— Мы Валечку полюбили как родную, и она к нам тянется. Заставлять тебя любить нашего сына никто не станет, с этим вы уж сами разберитесь. — успокоила она меня.

Я подняла глаза, стараясь сдержать подступающие слезы. Внутри бушевала буря противоречивых чувств. С одной стороны, облегчение за Валю. Она получит семью, любящих родителей, которых заслуживала. Ей больше не придется скитаться по приютам и чувствовать себя брошенной. С другой – страх и обида. Как будто меня снова отодвинули на второй план, оставив наедине со своими сомнениями и нерешительностью.

Лариса тепло улыбнулась, словно читала мои мысли. Она взяла мою руку в свою и мягко сжала.

— Пойми, дорогая, мы хотим помочь всем. И тебе, и Вале, и Руслану. Мы просто хотим, чтобы все были счастливы. Если ты не чувствуешь к Руслану любви – это твой выбор, и мы его уважаем. Но позволь Вале обрести семью. Подумай о ней.

Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Слова Ларисы звучали искренне и убедительно. И, наверное, она права. Валя заслуживает счастья, и если удочерение поможет ей его обрести, я не должна этому препятствовать. Но как же я? Смогу ли я справиться с учебой, заботами и одиночеством вдали от сестры?