— Что значит «в положенный срок»? — удивляюсь я.
— Месяца через три, — объясняет мне Яга. — Как раз в себя придёшь и с делами закончишь.
Я хлопаю глазами, не в силах понять, о чём она говорит, а Яга берёт каждую мою руку в свою и оглаживает её сверху донизу. Она делает это с какой-то странной улыбкой, при этом шепчет что-то, а я вижу — будто серый порошок сыплется с моих рук на пол.
— Здоровы отныне твои руки, — сообщает мне Яга. — Справилась ты, а по делам и награда.
— Как здоровы? — не сразу доходит до меня.
А вот мамочка верит с ходу, принимаясь меня обнимать. Я тоже верю, просто доходит до меня медленно, как раз тогда, когда я её обнимаю. Руками обнимаю, как будто и не было ничего. Я поднимаю взгляд, а у двери стоит мой Серёженька и, кажется, сейчас плакать будет. Потому что чудо же… И я срываюсь с места — к нему. Обнять его, наконец, прижаться, почувствовать!
— Да, Алёна, истинная любовь — это редкость, — слышу я голос Яги. — Большая редкость, оттого хватит им уже приключений, пусть взрослые берут всё в свои руки, а они — бегают, прыгают и радуются жизни.
— Да, — соглашается мамочка. — Пора наводить порядок в нашем царстве.
— Мамочка, а мы же ещё налоги посмотреть хотели, — припоминаю я.
По-моему, они смеются, а я просто прижимаюсь к Серёже и не могу ни о чём думать. Мамочка и папочка разберутся, что это было, Яга школу в ежовые рукавицы возьмёт, а стража уже всё поняла, и они все хорошие. Значит, получается, конец приключениям?
Глава двадцать первая
— Век бы этих приключений не видеть, — сообщает мне Серёжа, пока мы топаем в темницу.
— Вот разберёмся, что и как, — отвечаю я ему, — и будем отдыхать. У тебя с фехтованием как?
— Ну, не мастер спорта… — задумчиво тянет жених. — А что?
— А давай после… — жалобно прошу я его.
Хочется мне шпагами позвенеть, вот чего-то накрыло и захотелось, значит. Хотя, понятно, чего — руки же восстановились, а зарядку мы делаем вдвоём, как привыкли. Вот и хочется мне, значит, узнать, насколько я себя сама защитить могу. Мало ли что будет в той школе, хотя я в Ягу верю, но дети — они разные. Правда, так получается, что часть мальчиков тоже с даром, только с колдовским, ну и Серёжа мой. А колдунов в царстве у нас немного, и они все мужчины, ибо у женщин этот дар не встречается.
Сейчас мы спускаемся в темницу, чтобы поставить все точки над нужными буквами. Я так и не поняла, зачем это было сделано, а Посольский Приказ у нас теперь вообще не на Руси находится. Папка, ну, царь-батюшка, этот пережиток прошлого просто уничтожил — не было от него никакой пользы, не могут такие миры, как наша Русь, с другими торговать — всё, попавшее к нам, рассыпается, кроме живых, конечно. Но рабов нам, в отличие от них, совсем не нужно, вот и закрылся наш мир на замочек. Впрочем, нам ещё в школе расскажут, чем такие миры друг от друга отличаются.