Натягиваю простые джинсы, свитер, кроссовки. Я собираюсь не к любовнику. Я собираюсь… на встречу. С тем, с кем, возможно, останусь. Или нет.

Выхожу из подъезда. Холодный воздух обжигает лицо. Он по-прежнему стоит у машины. Увидев меня, не улыбается, не делает шаг навстречу. Он смотрит. Тяжёлым, изучающим взглядом.

– Ка-тя… – он по слогам произносит моё имя, словно пробуя его на вкус. В его голосе нет привычной металлической нотки. Он мягкий. Почти нежный.

– Арсений, – отвечаю я. Голос не дрожит. К моему удивлению.

Мы стоим друг напротив друга. Между нами – вселенная боли, предательства, и той одной ночи, которая изменила всё.

– Я не буду говорить, что всё будет легко, – начинает он тихо, чтобы никто, кроме меня, не слышал. – Я не буду обещать рая. Рай я не умею дарить. Я умею давать реальные вещи. Безопасность. Стабильность. Возможности.

Он делает паузу. Тёмные глаза впиваются в моё лицо.

– Я потратил жизнь, чтобы купить, как мне казалось, самое важное. Дома, яхты, компании, людей. И только встретив тебя, понял, что есть вещи, которые не продаются. Их можно только заслужить. Твоё доверие. Твой взгляд. Твоё… прощение. Позволь мне попытаться.

Он не говорит о любви. Не бросается громкими словами.

Я гляжу на сильного, могущественного мужчину, который стоит передо мной почти как проситель. Циник и прагматик, научившийся верить в бескорыстие. Ради меня.

Оборачиваюсь. Смотрю на окно нашей кофейни. «Рая», который стал нашим адом. Оказалось – счастье нельзя купить. Мне кажется, я всё ещё вижу там силуэт Ильи. Он плачет. И я плачу в душе. Прощаюсь. С ним. С той девушкой, которой я была. С той любовью, которая умерла, задохнувшись в ядовитых деньгах.

Потом поворачиваюсь назад, к Арсению. К мужчине, ставшему причиной краха нашей семьи, но который, предлагает мне не новый крах, а… стройплощадку. Место, где можно построить что-то новое. Пока хрупкое. Ненадёжное. Но своё. Разве можно сломать то, что крепко стоит?

Я устала быть жертвой обстоятельств. Жертвой его слабости. Жертвой его денег. Хочу быть той, кого ценят. Не за что-то конкретное. А просто за то, что она есть.

Делаю шаг. Всего один. Небольшой. Но он отдаётся в душе громоподобным эхом. Делаю шаг к нему.

– Я не обещаю тебя ничего, – говорю твёрдо. – Ни любви. Ни верности. Ничего. Только шанс. Один.

На его лице ничего не меняется, но в глубине глаз я вижу вспышку. Не триумфа. Не победы. Чего-то другого. Надежды?

– Этого достаточно, – тихо говорит он. – Большего я и не прошу.

Он открывает дверь машины. Я проскальзываю внутрь. Кожаное сиденье мягко принимает меня. Он закрывает дверь, обходит автомобиль и сам садится за руль.