И тут замечаю её.

Новенькая официантка. Не вульгарная красотка, каких обычно нанимают в такие места. Она… другая. В её движениях нет вышколенной пластики, в глазах – заискивающего блеска. Она старательно выполняет свою работу. В данное время несёт поднос с бокалами. И в этот момент какой-то пьяный идиот встаёт и задевает её локтем.

Поднос летит на пол. Грохот бьющегося стекла режет слух. Бокалы разлетаются на тысячи осколков, похожих на мои мысли.

Девушка замирает, алая краска стыда и досады заливает красивое лицо. Её глаза широко распахнуты от ужаса. Не от страха перед штрафом или увольнением – я видел это сотни раз. Нет. Это ужас человека, для которого разбитые бокалы – не просто инцидент, а катастрофа. Потерянные деньги. Позор.

Управляющий уже мчится к ней с искажённым от гнева лицом. Я поднимаю руку, останавливая его на полпути. Он замирает, недоумевая, почему хозяин вмешивается.

Я встаю и подхожу к ней. Она не смотрит на меня, опустив голову. Худенькие плечи мелко дрожат.

– Я… я всё оплачу, – шепчет она со сдавленной паникой в голосе.

Вместо ответа опускаюсь на корточки и начинаю собирать самые крупные осколки. Я, Арсений Петрович, владелец сети отелей и ресторанов, ползаю по полу и собираю битое стекло. Чувствую на себе шокированные взгляды из зала. Мне плевать.

– Не порежьтесь, – предостерегаю и удивляюсь мягкости собственного голоса. Куда делись привычные металлические нотки?

Официантка наконец поднимает на меня глаза. Серые. Огромные. Полные слёз. В них нет ни капли расчёта, только отчаянная растерянность. Как у загнанного в ловушку зверька.

– Простите, – выдыхает она.

Ощущаю себя директором школы рядом с обиженной жизнью отличницей.

– Пустяки, – отмахиваюсь я. – Убытки спишут на мой счёт.

К досаде, при себе нет визитки. Подхожу к барной стойке, беру салфетку и пишу на ней одиннадцать цифр. Возвращаюсь к девушке. Она всё ещё стоит над осколками.

– Меня зовут Арсений, – протягиваю салфетку. – Когда передумаешь работать официанткой, позвони. У тебя потенциал для чего-то большего.

Она машинально берёт мягкий квадратный лист. Наши руки на секунду соприкасаются. Мои горячие пальцы обжигает волна энергии, исходящая от её холодных. Думаю, она чувствует то же. Бормочет:

– Спасибо, – и убегает за стойку, прячась от направленных на её глаз.

Я возвращаюсь к своему столику, допиваю содержимое стакана, и ухожу. На улице снова вдыхаю холодный воздух. И впервые за долгие месяцы чувствую… что-то новое. Не возбуждение, не азарт. Любопытство. Да, банальное любопытство.

Кто она? Официантка с глазами, в которых ещё живёт стыд и честь. В моём мире таких уже нет. Все давно эти чувства продали. А она так искренне испугалась ответственности из-за разбитых бокалов.