На внеочередном собрании нашего коллектива было решено, до стабилизации сейсмической обстановки, необходимо отправить ещё два маяка, первый в астероидный пояс, для поиска там водяного льда, второй на луну, для постройки космодрома. Конечно, теперь принципы постройки космолётов частично изменятся, и упор будет делаться не на преодоление земного притяжения, а на функциональность аппаратов.
— А как же азот? Ведь для атмосферы надо много азота.
Макс — парень, с которым я познакомился на праздновании нового года, и, по моей инициативе, входящий в состав команды терраформирования, привлек к себе внимание.
— Максим, у тебя есть мысли по этому поводу? — спросил наш руководитель.
— Да, Александр Леонидович. Я читал аналитический отчёт по данным, полученным с космического аппарата «Вояджер-1». Там были данные о составе атмосферы Титана — спутника Сатурна.
— Хочешь сказать, что в нем много азота?
— По данным аппарата — до девяноста пяти процентов.
— Хм. Отлично. Я посмотрю эти данные, и тогда решим с отправкой ещё одного маяка. Мистер Портер, вы приготовите ещё один портал?
— Конечно, Александр Леонидович, но мне кажется, что лучше отправить несколько маяков. До десятка. С разбросом по местности.
— Это уже детали. Их обсудим отдельно.
26 февраля 1990
Хагрида я, как и ожидал, нашёл в Кабаньей Голове. В снежные зимние дни, полувеликан не любил бродить по лесу, и предпочитал пропустить стаканчик другой огневиски в тепле. Так, что искал я его не сомневаясь, что найду здесь.
Отряхнув снег с плеч и головы, я подошёл к барной стойке, и заказал пива. Не той сладкой бурды, что у Розмерты, а нормального, тёмного пива. Конечно, при такой погоде, логичнее было бы огневиски, но я его не любил, и даже ради конспирации не стал заказывать. Собственно, и конспирация не особо-то нужна, просто я не хотел, чтобы о моих делах знали все кому ни попадя.
Потихоньку цедя неплохое пиво, я боковым зрением следил за Хагридом и Аберфордом, а когда первый запрокинул стакан, и второй полез за чем-то под бар, я отпустил бумажный самолётик, который стрелой метнулся под пальто лесника, и замер в кармане с зонтом.
Можно идти. Пока он первым не пошёл.
Я допил пиво, и, натянув капюшон, вышел из бара. Путь мой лежал на станцию.
Сейчас Хагрид выйдет на улицу, достанет зонт, чтобы наложить Импервиус на ботинки, и заметит письмо прилипшее к нему. Прочтет его, и тоже пойдет на станцию Хогсмид.
Прождать пришлось почти час.
— Привет, Алекс. Ты чего это в шпионов играешь? Вон каким солидным стал, а всё игры. Я твое письмо только дома увидел, когда камин разжигал.