Короче, разберёмся.
А пока, главное — душевное здоровье Гарри. Мальчику достаётся слишком много переживаний для его возраста. Пусть оттаивает в семье.
6 июля 1993
— … Вот так. Ложись сюда. Постарайся не шевелиться.
Я поправил положение Гарри на магическом чертеже, и активировал его.
Этот рисунок был модифицированной гептаграммой, я его разработать на подобные случаи. Отличался он от старого тем, что все семь его модулей были дублированными. Таким образом я смогу отделить аспекты крестража от аспектов Реддла. Но увидев проекцию над рисунком, решил немного поменять планы. Дело в том, что крестраж практически сросся с Гарри. Нет, это не помешало бы мне разделить их, но я придумал лучше.
Осколок Волдеморта, сидевший в Гарри, как и другие, виденные мной, имел четыре аспекта: третий, пятый, шестой и седьмой. Третий выглядел как уродливый младенец, точь-в-точь как в фильме. Его я сразу растворил, превратив в энергию для питания чертежа. Пятый отделил, и поместил в накопитель. Шестой аспект я окуклил, и подключил тонким каналом к аналогичному у Гарри. Теперь мальчик сможет осознанно извлекать из него любые знания, а не только парселтанг. Надо только научить его это делать, и попросить избегать просмотр шокирующей информации. Хорошо бы вообще её заблокировать, но ограничусь закладкой, которая будет переключать внимание на другое, если эмоции преодолеют заданный порог, на собственные воспоминания, близкие по смыслу. А вот седьмой не стал трогать. Он, потеряв нагрузку в виде удалённых аспектов, стал работать в плюс. Пусть совсем чуть-чуть, но Гарри заметит разницу. Ведь эти чуть-чуть от сильного мага. Теперь ему даже придется иногда растрачивать избыточную энергию.
В завершение, я изменил пигментацию знаменитого шрама, чтобы, когда он заживет, то заметно это не было. Как будто ничего не изменилось.
25 июля 1993
Встретились мы с Барти на моем дне рождения. Ситуацию с Лили он не скрывал.
— По-началу всё было нормально. Лили вела себя немного скованно, но это объяснимо, она же недавно, фактически, воскресла. На мои знаки внимания реагировала спокойно. Даже поцелуи ей, скорее, нравились. Да и против секса она не возражала, вот только ничего не получилось. Позже я понял, что в ее реакции на возможную близость, есть некоторые признаки клятвы верности. Не в точности. Наверное какая-то родовая модификация.
— Но ведь Джеймс умер.
— Ты уверен? Лили, вон, тоже считали мертвой.
— Тут ты прав. Но это лишь значит, что мое предложение познакомит тебя с русской девушкой — в силе.
— Ты не отстанешь, да? — вздохнув, покачал головой Крауч. Но его улыбка говорила, что он не против.