Нам с Луной пришлось до конца каникул дежурить возле её мамы, пока процесс не стабилизировался. Лишь тогда стало возможным отлучиться от него. Зато Луна смогла наблюдать за началом формирования кровеносной системы. Я, хоть и видел такое с Лили, но тоже наблюдал с интересом. А Ксенофилиус ещё и конспектировал.
Когда душа Пандоры надежно привязалась к телу, я смог уделить внимание ещё одной женщине — Алисе Лонгботтом.
Барти с Невиллом смогли вывести пациентку Мунго ко мне, и уже тут, на моей гептаграмме, я синхронизировал память души и тела. Процедура была не долгой, дольше пришлось ждать, когда Алиса придёт в себя после процедуры.
— Невилл! — резко открыв глаза, позвала женщина сына. — Сынок.
За сценой долгожданной встречи, наблюдать было неловко, и я хотел уже выйти — для контроля состояния пациентки хватит и одного Барти. Но Алиса заметила это.
— Спасибо вам, Алекс, — со слезами поблагодарила она, прежде чем я успел уйти. — Спасибо Барти. Я всё помню. И то, что было до той ночи, и после — в Мунго.
Я облегчённо улыбнулся. На душе было хорошо. Всё таки, как приятно делать добрые дела.
Алиса осталась у нас. Как и её сын. Августу мы уведомили, но ответа от неё не получили. Ну не выгонять же теперь. За одно, я провел оздоровление своей пациентки. Получилось даже с омоложением. Лет на пять-семь.
А Барти стал проводить все свои выходные у нас. Похоже, что его юношеское увлечение никуда не делось, и он стал откровенно оказывать знаки внимания. И, похоже, что Невилл был не против.
* * *
Пандора пришла в себя в феврале, и с этого момента стало возможным интенсивно приводить её в форму. Чем мы и занялись. И уже через неделю она сделала первые шаги в новой жизни. Мистер Лавгуд, извинившись, попросил разрешения забрать жену домой. Я, с недоумением, согласился. Лишь потом до меня дошел смысл этого пассажа — это признание моей силы. Ксенофилиус таким образом обозначил, что признает мою силу и мастерство, и то, что я имею право принимать решение. Это открытие было неожиданным, и я пока не знал, что с ним делать. Однако понимание, что это большая ответственность — было.
* * *
Второй этап турнира был на озере. За неделю до того, мы с Гарри встретились в Хогсмиде по его инициативе. Парень решил попросить моего совета по поводу подсказки яйца.
— Так ты что, до сих пор не разгадал его?
— Не. Разгадал, конечно, — и, чуть помявшись, добавил, — Седрик Диггори помог.
— Ну и…?
— Понимаешь, там, в подсказке, говорится, что у меня украдут что-то ценное, и будет лишь час, чтобы спасти это. И я думаю, что спрячут в Черном озере.