Я, чарами, поднял десяток камней, и стал их трансфигурировать. Первые два превратились в кресла — копию тех, что ставят в кинотеатре. Можно было сделать что-то покомфортнее, но я хотел акцентировать внимание на том, что мы пришли сюда именно смотреть шоу. Третий камень, перед нами, превратился в столик. Четвёртый камень превратился в легкий навес, скрывающий нас от солнца. Маги, стоящие во круг, стали присматриваться к моим действиям. Они не понимали, зачем я тут обустраиваюсь, ведь смотреть тут нечего. А я продолжал.
Пятый камень превратился в ещё один навес, но чуть в стороне от нас. Шестой — в стол, седьмой и восьмой в стулья, девятый — в мангал. К нему сразу подошёл Генри Доусон, мой штатный повар, и начал обустраиваться для приготовления шашлыка.
Генри тоже был оборотнем, но, после лечения, не попросился в стражу, а устроился ко мне поваром. И пока не разочаровал. Конечно, он не знал рецептов разных, изысканных блюд. Но, благодаря обонянию оборотня, готовил изумительную на вкус, хоть и простую еду. Вот и сегодня, он поставил на стул небольшой сундук, и стал доставать из него разные принадлежности для готовки. В конце появился бочонок с пивом, из которого Эмили налила мне пенного напитка. Маша ограничилась соком.
Окружающие маги стали перешёптываться, и я не стал тянуть интригу. Сделав большой глоток пива, я продолжил. Десятый камень взлетел над головами людей, и превратился в большой экран. На нем сразу появилась рябь, но картинка быстро стабилизировалось, и мы увидели трибуны-вышки. Изображение стало приближаться, и, в какой-то момент разделилось на четыре части, показав в каждой отдельно чемпионов.
До магов дошло, что я задумал, и вокруг нас, в хаотичном порядке, стали появляться новые кресла.
— Бардак, — качнул я головой. И взмахнув палочкой наложил на близлежащее пространство сетку, по которой. Выровнялись кресла, оставив проходы.
Шоу началось.
Чемпионы наложили на себя чары. Крам ограничился согревающим, и нырнул, на ходу превращая верхнюю часть себя в акулью. Седрик, после согревающего, наколдовал головной пузырь, и тоже нырнул. Флёр, за которой следила вся мужская часть аудитории, повторила действия чемпиона Хогвартса. А Поттер, трансфигурировал нож в ножнах, с креплением на бедре, наложил на себя согревающее, обнялся с мамой, зажевал жабросли, и спрыгнул в воду.
В отличие от зрителей на трибунах, мы продолжали видеть чемпионов. Какое-то время казалось, что Гарри тонет, но вот, жабросли сработали, и он пришел в себя. Недоуменно осмотрев свои руки и ноги, он пошевелил ими, а за тем, попробовал новые возможности, и в восторге выпрыгнул из воды.