— Не дрейфь, приятель, — Блэк потрепал крестника за плечо, — весь Орден за тебя.
— Я в норме, — улыбнулся парень.
— Садитесь завтракать, раз пришли, — пригласила Лили.
— Эмили, — позвала Маша служанку, — будь добра, подай ещё три завтрака.
— Точно не волнуешься? — Сириус сел напротив Гарри.
— Точно не за слушание. Просто я ещё не видел министерство.
— И не боишься, что тебя исключат? — удивилась Тонкс.
— По правилам Хогвартса, заведенным ещё основателями, исключить из школы имеет право только директор, — сообщила Маша. — Обоснованно это правило тем, что школа признана местом, где дети будут в безопасности. И их не коснутся родовые войны. Министерство появилось позднее, и не имеет права менять это правило.
— Да? — удивился Люпин, — я не встречал подобного в уставе.
— Просто ты читал отредактированную министерством версию, — пояснила Лили.
— Возможно, — не стал спорить Ремус.
— Ладно, вы кушайте, а нам с Гарри пора.
— Так вы знаете? — удивилась Нимфадора.
— Знаем — что? — насторожился я.
— Ну… — смутилась Тонкс. — Это…
— Один из информаторов Дамблдора сообщил о переносе времени и места слушания дела Гарри, — сказал Люпин.
— Хм. Нечто подобное я ждал.
— Будет лучше, если мисс Тонкс вас сопроводит.
* * *
Атриум нас встретил суетой. Разномастные волшебники перемещались в хаотичном порядке, хотя нет — преобладал вектор от каминов и лифтов. Видимо это связано с началом рабочего дня.
В общем потоке, мы, за Нимфадорой, дошли до фонтана. Рядом с ним, на маленькой, потускневшей табличке, было написано:
ВСЕ ДОХОДЫ ОТ ФОНТАНА ВОЛШЕБНОГО БРАТСТВА ПЕРЕДАЮТСЯ БОЛЬНИЦЕ СВЯТОГО МУНГО.
Меня скульптуры не впечатлили, а вот Гарри смотрел на них во все глаза.
Перед входом нас встретил охранник с золотым щупом в руке.
— Волшебную палочку, — буркнул он, и, положив щуп, протянул ладонь.
Гарри достал свою официальную палочку, и, держа двумя руками за кончики, отдал охраннику. Тот положил её на чашу сканера, выполненного в виде половинки латунных весов. Из основания выползла полоска пергамента. Охранник прочитал:
— Одиннадцать дюймов, перо феникса, используется четыре года. Верно?
— Верно, — кивнул Гарри.
Процедура повторилась и с моей палочкой.
Получив свои палочки назад, мы двинулись дальше.
По пути к кабинету Мадам Боунс, где должно было проходить слушание, нас догнал один из повсюду летающих бумажных самолётиков, и приземлился в руки Тонкс.
— Дисциплинарное слушание перенесено на восемь утра, в зал суда номер десять. Дамблдор был прав. Пошли, я знаю где это. Живее Гарри, уже восемь утра.
Пробежка до лифта, спуск на девятый уровень, и снова пробежка, теперь до зала суда.