— И правда, — согласился тот. —Кость, прекращай. Люди же смотрят. Мама и отец будут в ярости, если ты опять устроишь сцену.

— Я не устраиваю сцену! — взревел патлатый.— И вообще, это не твоё дело!

— Николай! Константин! Как вы себя ведёте?!

Мой чудесный спаситель, высокая женщина с хмурым лицом заставила толпу расступиться и невозмутимо подошла к затихшим братьям. Несколько секунд в зале были слышны только её шаги — почему-то угнетающее цоканье. Наконец она оказалась рядом: парни опустили головы, и я на всякий случай сделал то же самое.

— Подумать только, вырастила сыновей на свою голову, — прошипела женщина достаточно тихо, чтобы её слышали сыновья, но недостаточно громко, чтобы другие гости могли подслушать. Она раздражённо взмахнула рукой — музыканты снова начали играть. —Николай, разве ты не должен был следить за братом? Почему он опять напился? А ты, Константин? Самому не стыдно? Это позор, позор! И ведь здесь сейчас только тщательно отобранные мной люди и их сопровождение — а что будет завтра утром? Хотите, чтобы иностранные послы, дворяне и журналисты узнали, что среди великих князей затесался пьяница и дебошир? И ты, чего уши развесил?

Я запоздало понял, что женщина обратилась ко мне. Правда, мои познания в русском языке были весьма ограничены: «простите», «я», «вас», «не» и «понимаю». Всего семь слов!

— А он русского не знает, — встряла Елена, прежде чем я успел повторить свой невероятный словарный запас в нужном порядке. —Только по-оясимски говорит. Представляете, Ваше Величество, он приехал с Вяземскими!

— А тебе и вовсе стоит помалкивать, девочка. Ещё и деревенщина во дворце. Подожди, он с Вяземскими? — заинтересованно протянула женщина. —И откуда же он у них взялся, этот оясимец? Похож на бывшего жениха Маши… только выглядит помладше.

— Она сказала, что он и есть её жених! — снова повысил голос патлатый.— Ты, Лена, откуда вообще это взяла? Бред! Да чтобы этот хлюпик…

— Не говори так с Леной, — нахмурился Николай.— В самом деле, что ты себе позволяешь?!

— Вы оба, — мать снова заставила их заткнуться.— Вы сейчас же покинете это место. Видеть вас не хочу. Ни сегодня, ни завтра. Только и знаете, что позорить нашу страну.

— Но мама! — проныл Константин.— Почему?

— Если не понимаешь почему — месяц мне на глаза не показывайся.

— Пойдём, — Николай хлопнул брата по плечу.

Константин уходить не хотел — он начал выдираться, поглядывая на меня, как на самое большое зло во вселенной. В конце концов его утащили — не без помощи кого-то из охраны. Я счастливо выдохнул — нет ничего приятнее, чем снова почувствовать спокойствие.