- Не ешь меня!
- Дай-ка подумаю...
Разъединяю два пальчика и в прорези пытаюсь разгледеть говорящего. Юношеский голос звучит с хрипотцой, а следом хмыкает.
- Хотя нет, не буду кушать. Непослушные девочки невкусные. Ты что тут забыла, чумазая?
Нагибается ко мне и, ухватив за шиворот, как блохастого котенка, поднимает на ноги.
- А я... потеря...лась... - шмыгаю носом, пытаясь в лунном свете разгледеть своего спасителя. - Ти...хий... Ты что ли?
- Я «что ли». - передразнивает меня, отпускается на карточки передо мной. Теперь мы одного роста, а еще он так близко ко мне, что я ощущаю жар его тела.
Как от печки зимой.
А мне холодно, между прочим! Не долго думая, лезу к нему обниматься и холодными ладошами цепляюсь за крепкую шею.
Шмыгаю сильнее носом, опять роняя слезинки.
Чую, как он разом напрягается.
-Мелочь, ты чего? - в голосе мягкость, и меня нежно поглаживают по спинке. - Обидел ли кто? Болит что-то? Ну же, скажи...
- Мне... холодно... и голодно... и вообще... страааааашно...
Жалосно хнычу ему на ухо, пряча нос в теплый изгиб шеи. Слышу тяжкий вздох где-то наверху, а потом чувствую, как меня берут на руки. Крепче хватаюсь ручками за него, чтобы, не дай боги, здесь не оставил.
- Горе ты мое луковое. И как тебя угораздило-то?
- Я... случайно... честно-честно!
Невинно заглядываю ему в глаза. Они такие красивые... голубые... как лед блестят.
Эх, смотрела бы и смотрела...
- Еще и врушка, - строго молвит Тихий. Да как он догадался-то?! - Небось опять с уроков сбежала, да?
И это откуда знает?
Задираю подбородок, нагло фырча.
- Ничего такого! И вообще, кому нужны эти уроки!
- Конечно, не нужны. - согласно кивает. - Ты уже нас все ведаешь, все умеешь. Поэтому заблудилась, да?
Пристыженно пряча личико на его широкой груди, передразниваю тихонько.
- Не поэтому!
- Агнеш, глупым тяжко приходится по жизни. - тяжело вздыхает, уводя меня из лесной чащи. А я, прижавшись щекой к крепкой груди, довольно вздыхаю, благополучно пропустив мимо ушей половину его слов.
Теееееплый.
А еще что-то изнутри греет. Наверное, то, что сам Тихомир, брат вождя племени, ведает, как меня кличут.
Мне так радостно от этого, что хочется прокричать всем на свете. Сам Тихий меня на руки носит! Да, отчитывает! Но спас-таки... Эх! Побыстрей вырастить-то!
- Агнеш, ты меня слышишь?
- Да слышу, я слышу. - ворчу ему в плечо.
- Н-да? - тянет с подозрением. - Что-то я сомневаюсь. Не делай так, а то оно плохо кончится. Мало какой дикий зверь мог бы на тебя наткнуться, и съел бы.
- Не съел бы! Сам говорил, что непослушные девочки невкусные! - задираю нос к верху, силясь в темноте поймать его взор. Но увы, у меня и у самой глазки слипаються.