Лекарство против морщин

Мы все были на взводе, и совместная песня как-то сближала, как-то расслабляла нас. Соединяла чем-то общим. Каким-то общим культурным кодом, что ли. Это было видно по опустившимся, расслабившимся плечам Вадима, по немного повеселевшему Руслану. На миг мне показалось, что, как поется в моей любимой песне: все идет по плану.

Когда щелкнул дверной замок, и я услышал шум шагов в коридоре, Вадим торопливо выключил музыку.

В комнату вошли трое, все в штатском. Людей вел невысокий, но коренастый мужчина. Он носил спортивные штаны, олимпийку под легкую весеннюю куртку, и подвернутую выше ушей шапку. Лицо мужчины, грубое, в застарелых оспинах, украшала черная недельная щетина.

Вадим словно бы подсознательно вытянулся перед ним по струнке. Мы с Русланом просто смотрели на вошедших.

— Это эти двое? — Резко спросил коренастый низким, гортанным голосом.

— Так точно, товарищ подполковник, — доложил Вадим.

— Ах вы твари лживые, — оскалился, насколько я понял, подполковник Тургулаев и злобно посмотрел на меня. — Арестовать обоих, немедленно!

— Что происходит? — Нахмурившись, встал я.

— Руки вверх! — Достал один из людей Тургулаева ПМ и наставил на меня. — Вот что происходит: вы арестованы!

Второй, выхватив пистолет, направил его на Руслана. Тот медленно поднялся со стула.

— Вадим, в чем дело? — Строго глянул я на разведчика.

Тот ответил только изумленным взглядом.

— В чем нас обвиняют? — Теперь я обратился к Тургулаеву.

— Закрой рот, руки вверх, я сказал! — гавкнул он в ответ и наставил на меня дуло своего пистолета.

Я застыл без движения.

— Хватит с ними церемониться, давай наручники, — оглянулся он на одного из своих, стоящих за левым плечом. — Давай этого!

Не ответив, оперативник медленно, держа Руслана на мушке, подошел.

— Руки, — гавкнул он, копаясь во внутреннем кармане куртки.

— Мы же договорились, — Руслан упер в Вадима изумленный взгляд. Тот отвел глаза. — Я не стану ничего рассказывать, пока не буду уверен, что мои в безопасности.

— Руки! — Повторил оперативник, и Руслан подчинился. Протянул ему запястья.

Наручники щёлкнули на них, браслеты закрылись.

— Сидеть, не рыпаться, — проговорил оперативник.

— Теперь ты, — кивнул на меня Тургулаев. — Вадим! Наручники!

— Витя, я не знаю… — замямлил разведчик. — Не знаю, что происходит.

Я ответил только холодным, как сталь, взглядом.

— Перестань с ним цацкаться! Наручники! — Крикнул командир.

— Извиняй, Витя, — сказал Вадим, доставая браслеты откуда-то из заднего кармана джинсов. — Лучше тебе не сопротивляться, обещаю, мы разберемся.