— Ладно, теть Валь. Спасибо.

Я улыбнулся хозяйке, и мы разошлись по своим комнатам. Переездом я решил заняться завтра, а сейчас надо было отдохнуть. Впереди меня ждали сложные дни. Например, завтра я договорился встретиться с Шнепперсоном. Пару дней назад заходил к нему в контору узнать, как дела, и он попросил приехать завтра. Нам предстоял важный разговор.

* * *

В это время

Гоша был зол на Летова так, что не мог нормально есть. После того как Кулым отчитал его, отстранил от всяких дел и отобрал людей, он просто горел от чувства несправедливости по отношению к себе. Решение Кулыма казалось Гоше нечестным, и он стал ловить себя на мысли, что теперь недолюбливает старика.

С братвой тоже не клеилось. Мужики стали смотреть на него косо. Кто-то открыто обвинял Гошу в случившееся. А Сом, чей друган Ваня, погиб во время налета, и вовсе глядел на Гошу иной раз так, что у того кровь стыла в жилах. В общем, Гоша больше не чувствовал себя своим на Черемушках. Его это просто съедало. А корень всех своих бед Гоша видел именно в нем, в Летове.

Ауди Гоши медленно тряслась на гравийке, ползла в горку, туда, где у него была назначена важная встреча. Кулым о ней не знал. Не знал он также, что Гоша выгреб все свое бабло, чтобы нанять этого человека. Такое удовольствие оказалось весьма недешевым.

Гоша ехал на форштадт — место с которого открывался замечательный вид на Армавир. Летом, в теплую погоду, парочки любили бывать там, наслаждаясь друг другом и видами города. Сейчас же на форштадте, на такой высоте, гулял неприятный колкий ветер, а опустившаяся ночь делала трудным даже добраться до небольшой грунтовой площадки, переходящей в пологий склон.

Гоша Сизый был раздражён.

— Вот, сука, — прошипел он, выдохнув сигаретный дым, — и чего он выбрал именно такую дыру? Нет бы увидеться где-нить в кабаке, как все нормальные люди!

Впрочем, киллер, которого Гоша выбрал, отличался определенной эксцентричностью, однако, был мастером своего дела и не оставлял следов. Если все получится, никто, даже Летов, не поймет, что его убили. Этого Гоша и хотел. Хотел, чтобы Летов просто исчез из его жизни так, будто его и не было.

Гоша выкатился на вершину, и сильный боковой ветер толкнул Ауди в кузов. Местная дорога пролегала по холмам и уходила дальше, через хутор Фортштадт к Новокубанску. Гоше не нужно было так далеко, а потому он проехал только до старой автобусной остановки, чьи облупившиеся плиты стояли тут против высотного ветра.

Спустившись по грунтовке влево, он добрался до площадки. Внизу горел многочисленными огнями Армавир. Над городом клубились в ночной темноте бугристые тучи. Ветер клонил к земле сухой бурьян, которым порос склон.