* * *

В этот момент, в доме Валерии Павловны

— Скорая помощь уже на подходе, Валерия Павловна, — Химик положил трубку ее телефона, глянул на немощную женщину, лежащую в своей постели.

— С-спасибо, Петр Ильич.

— Вам скоро помогут.

Внезапно через стену тоненько запел звонок сотового телефона.

— Что это? — Хозяйка с трудом подняла голову.

— Ничего-ничего. Всего лишь мой телефон. Извините, мне нужно срочно ответить.

Химик бросил еще один взгляд на хозяйку и вышел из комнаты. Он немедленно направился в свою спальню, взял телефон и ушел подальше, в кухню, к окну. Этот разговор никто не должен был слышать.

— Ало? Химик? — Прозвучало на том конце.

— Здравствуйте, Георгий Матвеевич, — сказал киллер холодным голосом. — Зря вы звоните. Я не очень люблю, когда меня беспокоят на рабочем месте.

— Летов еще жив? — Спросил Гоша торопливо.

— Жив. Но сегодня умрет. Я очищаю дом от остальных жильцов при помощи Амотоксина.

— Чего-чего? — Удивился Гоша.

— Амотоксин. Сильнодействующий яд отложенного действия. Содержится в основном в грибах. Например, в бледных поганках.

— Ладно, черт с ним, с ядом. Планы у меня изменились. Вы можете обездвижить Летова? Я хочу прикончить его сам. Своими руками.

Химик замер, уставившись в окно. Поджал тонкие губы.

— Это исключено, Георгий Матвеевич. Я работаю исключительно в одиночестве.

— Вы не понимаете. У меня из-за этой сволочи все пошло наперекосяк! Он испортил мне всю карьеру! Все! Только что я разговаривал с Седым. У меня большие проблемы. Очень большие. И все только из-за Летова!

— Нет, — холодно ответил Химик.

— Я удвою гонорар. Вы получите вдвое больше.

Химик задумался. Думал он недолго, но прокрутил в голове достаточно сценариев, чтобы принять решение.

— Сегодня, в девять часов вечера приезжайте по адресу улица Дзержинского сто сорок три. К этому времени Виктор Летов будет к вашим услугам.

* * *

После поездки к букмекерам я завез деньги Степанычу, а Фиму высадил в центре города. У него там были какие-то свои, личные дела. Потом я направился домой.

Я ехал по Осипенко и завернул на Дзержинского, погнал машину к перекрестку, на котором стоял мой коммунальный дом. Когда увидел у ворот скорую, то напрягся. Подъехал так, чтобы не преграждать машине отъезд.

У кареты крутились врачи. Петр Ильич с молодым медбратом вел к скорой ослабшую Валерию Павловну. Женщина выглядела скверно: кровь отлила от ее лица, губы посинели и подрагивали. Казалось, у нее не было сил даже стонать от усталости.

— Что тут у вас? — Приблизился я к остальным. — Помощь нужна?

Врач, наблюдавший за тем, как хозяйку квартиры грузят в скорую, покачал головой.