— Не нужно благодарностей, Надежда, — я тепло улыбнулся этой бедняжке, настрадавшейся от рук Власова так, как никто в этом мире. — Я сделал то, что должен был.

— Неправда, — она покачала головой. — Не должен был. Ты мог пристрелить меня как бешеную собаку и оказался бы прав. Во мне оставалось так мало человеческого…

— Побольше, чем у многих, — я стиснул челюсти до хруста и резко выдохнул.

Эта женщина провела много лет в подвалах инквизиции с демоном внутри. Она была измучена и действительно мало походила на человека. Но её слова всколыхнули во мне воспоминания.

Человечность. Это не просто слово. Это то, что я потерял когда-то, а вот теперь нашёл.

Надежде же не нужно было ничего искать — она осталась собой. Даже в безумии, после одержимости, она подсказала, где найти моих друзей. Такое не каждому под силу — в момент отчаяния помочь тем, кому помощь нужнее.

— Надежда, — я посмотрел на неё. — Вы заслужили этот новый мир и новую жизнь. Наслаждайтесь ею, дышите полной грудью, любите, смейтесь. Станьте тем человеком, которым всегда хотели быть.

Надежда замолчала, по её щекам к подбородку стекали слёзы. Она улыбнулась мне, шмыгнула носом и снова обняла.

— Спасибо… — прошептала она и скрылась за дверью палаты.

Когда я спустился на первый этаж башни и созвал инквизиторов, ко мне внезапно подошли Джарид и Амар-Тек с супругой.

— Юрий, мои люди ждут, — сказал вождь. — Ты повёл их в бой, и они победили. На счету каждого воина десятки демонов за одну только эту битву. Они ждут твоих слов.

— Хорошо, но сначала мне нужно поговорить со своими людьми, — начал было я, но тут же осёкся.

Неправильно это — делить тех, кто бился со мной плечом к плечу, на своих и чужих. Все они были моими. Каждый туземец, каждый инквизитор, каждый аристократ и гвардеец, что сражался на стороне людей.

— Я скажу своё слово, — проговорил я. — Всем и сразу.

Вождь одобрительно кивнул и нажал несколько кнопок на браслете. Джарид подошёл ближе и жестом отозвал меня в сторону. Я сделал пару шагов и остановился.

— Наша гостья обрела душевный покой и вернула свой разум, — сообщил брат вождя. — Кошмары ещё долго будут её преследовать, но она очень сильная. Никто из наших людей, кто надолго оставался с чёрной сущностью, не смог преодолеть безумие.

— Рад слышать, — искренне ответил я, хотя уже и сам убедился в правоте слов Джарида.

— Она ухаживает за Назаром Крыловым, — продолжил он. — Будто чувствует, когда ему становится хуже и сразу приходит помочь. Обтирает и поит зельями.

— Интересно, — понимающе кивнул я. Теперь стало ясно, почему я чуть не врезался в Надежду, выходя из палаты Крылова, — она спешила к нему.