Я притворилась, будто ужасно напугана.
– Матушка! – Я приподнялась и, прикрыв грудь, уставилась на старшую госпожу Лисьей горы. – Матушка! Прости! Просто я люблю его… – мой голос дрожал, как и положено в таких ситуациях, но взгляд оставался внимательным, просчитывающим. – Поэтому поддалась страсти. Пожалуйста, не наказывай его!
Я умоляюще посмотрела на юношу, который лежал рядом. Его лицо покраснело от стыда и страха, а губы беззвучно двигались, как будто он пытался что-то сказать, но слова застряли в горле.
– Что?! – взревела старшая госпожа, ее глаза сверкали огнем. Матушка сильно гневалась. И я ее отчасти понимала. Она застала свою любимую дочку в такой недвусмысленной ситуации. – Любишь?! Его? Ты с ума сошла? Да он же… Хун Нян!
Она перевела взгляд с меня на юношу.
– Ты… Ты околдовал мою дочь?! Да я тебя!..
– Матушка! – воскликнула я, закрывая его собой.
Юноша, понимая, что его молчание только усугубляет положение, попытался было встать с кровати, но я быстро ухватила его за руку, удерживая на месте.
Старшая госпожа шагнула вперед, указывая на юношу, который замер, словно окаменев.
– Я с тебя шкуру спущу! А кости отдам диким зверям Лисьей горы на закуску!
– Н-нет! Это не так! Я не… – попытался он оправдаться, но я перебила его, притворяясь все более отчаявшейся.
– Не трогай его, матушка! Я возьму на себя ответственность!
– Казню! – На голос матушки из других комнат городской гостиницы начали стекаться постояльцы. Они пытались заглянуть внутрь, но стража не пропускала их. Я слышала только голоса. Они перешептывались, обсуждая происходящее. Гости наверняка уже поняли, кто находится внутри. Догадались об этом, увидев стражу, принадлежащую нашей семье. Да и голос матушки было сложно не узнать.
– Матушка! Не наказывайте его… – Я выдавила из себя слезы. – Я ведь тоже виновата! Я полюбила его и не смогла совладать со своими чувствами. Прости нас! Давай дома поговорим? Там, за дверью, люди собираются. Какие слухи пойдут о нашей семье?
– Слухи? – Матушка скрипнула зубами.
Я знала, что старшая госпожа не столько разъярена, сколько обеспокоена за мою репутацию. Это был ее главный страх – что ее дом, ее имя может оказаться опорочено.
– Хун Нян, – произнесла она медленно, словно пытаясь осознать происходящее, – ты ведь специально это все затеяла, да? Точно… ты, маленькая лисица!
Ой, матушка начала догадываться! Все-таки, похоже, актриса из меня не очень хорошая.
– Ты специально устроила этот спектакль, чтобы избежать свадьбы!
– Нет-нет, матушка! – Я схватила юношу за рукав. – Я его люблю! Правда! Все это было не специально!