Каждая улочка была заполнена людьми: простыми жителями, знатными особами, продавцами, кричащими о своих товарах, и носильщиками, быстро снующими в толпе. Пахло сладостями, пряными специями и дымом от благовоний у каждой лавки.
Мы проехали мимо большого рынка, где шумели продавцы, рекламируя шелка, ювелирные украшения, резные фигурки и всевозможные плоды и злаки. Люди сновали повсюду, создавая единый ритм города, живой и непредсказуемый. Я как завороженная наблюдала за происходящим, не в силах оторвать взгляда.
– Тебе нравится? – спросил Се Юнь. Я кивнула, продолжая смотреть на город.
– Это невероятно, – прошептала я, едва сдерживая волнение. – Он такой огромный! И здесь столько людей. Юй Синь, ты видишь? Ни на горе, ни под горой мы никогда столько народу не встречали в одном месте.
– Вейчжоу – главный город империи, – поучительно произнес Се Юнь. – И один из самых красивых.
– Красивый – не то слово, – проговорила я, охваченная этим вихрем цветов, звуков и запахов. Здесь все казалось оживленным, от черепичных крыш до запыленных улиц, по которым неустанно текли людские потоки. Каждый уголок был насыщен жизнью, тайнами и легендами, словно город сам рассказывал свою историю.
Мы проехали мимо сада с цветущими персиковыми деревьями, лепестки которых плавно падали на землю и на головы прохожих, добавляя к общей суматохе города какой-то неуловимый штрих спокойствия. Я увидела ребенка, с улыбкой ловящего лепестки, а его мать, смеясь, гладила его по голове. Эта сцена была почти волшебной.
– Мы уже проехали так много… – Я повернулась к Се Юню. – Но до сих пор не добрались до твоего дома. Где он находится?
Се Юнь посмотрел в окно.
– Мы почти приехали.
– Да? – Я опять выглянула на улицу. Повозка свернула на менее оживленную улицу, где на большом расстоянии друг от друга находились большие и, видимо, очень дорогие дома. Каждый дом был окружен высокими стенами, а чтобы войти на территорию, нужно было преодолеть ворота, над которыми висела массивная табличка с фамилией семьи, проживающей внутри.
Мы еще несколько раз свернули, прежде чем наконец повозка остановилась рядом с внушительными воротами. Над ними тоже висела деревянная табличка с изящно вырезанными иероглифами, обозначавшими фамилию семьи Се.
– Господин Се, госпожа Хун, – раздался снаружи голос княжича. – Мы приехали.
Я опустила циновку и, глубоко вздохнув, повернулась к Се Юню.
– Ты вернулся домой, – улыбнулась ему.
– Действительно. – Лицо Се Юня помрачнело, будто он был совсем этому не рад.
– Выйдем? – предложила я.
– Конечно, если только ты не хочешь отправиться дальше вместе с княжичем, – сказал Се Юнь. Мое лицо скривилось, словно я только что откусила кусок лимона. Я поднялась со своего места и, отодвинув циновку, вышла из повозки.