Ру снова поводила рукой по воздуху. Было видно, как он завихряется в том месте, где только что прошла ее рука.

— Он действует только на живых существ?

— Можешь кинуть камень, если не веришь…

Ру быстро огляделась, подняла с земли небольшой камень и кинула его вперед. Не встречая никакой преграды, он пролетел мимо барахтающегося орнитомимуса и упал в десятке шагов за ним. Орнитомимус взвизгнул. Кэндер Фогг в очередной раз задергал руками и ногами, но в результате только поднялся еще на несколько локтей выше, окончательно завяз и жалобно уставился на Ру.

— Вытащи меня отсюда! — взмолился он.

Ру сделала шаг к нему, но так и замерла в неестественной позе — с одной поднятой ногой, наклонившись вперед.

— Не двигайся! — крикнул ей Джофин Айт. — Ты только больше завязнешь! У меня есть ключ…

Он спрыгнул с лошади и пошел к Ру, на ходу расстегивая сумку у себя на плече. Достал из сумки странный предмет — черный ограненный камень, обтянутый золотой проволокой, которая цеплялась к короткой деревянной рукояти. Видимо, это и был тот самый ключ. В двух шагах от Ру Джофин Айт остановился, взял ее за протянутую руку и с явным усилием потянул на себя. Ру медленно, будто нехотя, приняла вертикальное положение, смогла сделать шаг назад и — словно оторвавшись от чего-то липкого — кубарем полетела на землю. Моментально вскочила на ноги.

— Мне! Мне помогите! — заорал Кэндер Фогг. — Я больше не хочу здесь торчать!

Джофин Айт поднял ключ, удерживая его за рукоять, другой рукой взялся за черный камень в золотой оплетке и повернул его на пол-оборота. В то же мгновение Кэндер Фогг с криком рухнул на землю. Несчастный орнитомимус, который уже и не пытался вырваться из невидимых пут, тоже рухнул на землю, но моментально вскочил, пронзительно завизжал и устремился вдаль, на бегу теряя перья.

Кэндер Фогг с трудом встал на четвереньки и поднял глаза на Ру.

— Я живой? — проговорил он натужно.

— К сожалению… — ответила Ру.

Крас и Ласьен подошли к ним на своих лошадях.

— Нужно торопиться, — сказал Крас. — Ключ открывает ворота только на две минуты, и повторно его использовать мы сможем не раньше, чем через пять часов.

Пастух понимающе кивнул, и как был на четвереньках, так на четвереньках и побежал к своей лошади. Прыжком заскочил в седло, дал шенкелей и ринулся вперед. Промчался мимо Краса с Ласьеном, мимо Ру с Джофином Айтом, проскакал не менее сотни шагом и только там остановился, подняв лошадь в дыбы.

Остальные двинулись за ним неспешно, проследовали мимо и, не задерживаясь ни на минуту, пошли дальше. Пару минут спустя за их спинами раздался тихий хлопок — ворота закрылись. Пастух нервно обернулся, не увидел ничего подозрительно и сразу приосанился.