Извинившись перед очередным собеседником, я отошел от него и направился к консулу.

— Добрый вечер, мастер Меньшиков. Я смотрю, вы тоже в списке приглашённых?

Консул поморщился, как будто съел лимон целиком. Но всё же ответил:

— Кто-то должен проследить, чтобы ведьмак из Мурома не наделал глупостей на приёме в высшем обществе.

— Думаете, в Муроме живут дикие люди, которых не обучали этикету?

Щека собеседника предательски дёрнулась. Он справился с собой и выдавил:

— Один из Морозовых уже смог дискредитировать вашу семью. И я не хочу, чтобы это случилось на государственном уровне.

— Вот как? — удивился я. — Это не Александра ли Морозова вы имейте в виду? Если да, то мне говорили другое. Например, что он, рискуя жизнью, остановил чуму в Империи…

Глаза Меньшикова зло блеснули:

— Он был тёмным, юноша!

Я равнодушно пожал плечами:

— Как и я… Но я не опозорил семью, да и у Синода нет нареканий.

— Послушайте княжич, вы забываетесь! — зло прошипел консул, темнея лицом. — Вы слишком мало живете на этом свете и не знаете простых вещей.

— Интересно, — хмыкнул я, — это каких же?

— Вам стоит слушать взрослых людей и поменьше зубоскалить. Надо учиться быть скромным. Тем более, раз вас угораздило родиться в такой семье…

— Нет, это вы послушайте, — перебил я зарвавшегося дипломата, — И запомните, потому что два раза я повторять не стану.

— Что?

— Здесь, как и у нас на родине, разрешены дуэли. Если вы ещё раз скажете хоть одно слово обо мне или о членах моей семьи, как живых, так и почивших, разговор между нами будет другой, — я приблизился к нему почти вплотную и понизил голос до зловещего шепота. — Можете не сомневаться: я устрою вам свидание с Александром Морозовым. И тогда вам удастся повторить ему все сказанное ранее лично. Уж поверьте, посмертие может дать вам такой уникальный шанс. И имейте в виду, сударь: если я пожалел и не стал убивать младшего Долгорукого — это не значит, что я пощажу вас…

Глаза Меньшикова округлились. Он смотрел на меня, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Но из глотки консула не вырвалось ни звука.

— Ну, вот и славно! — усмехнулся я, и дружески похлопал мужчину по плечу, отчего тот вздрогнул. — Берегите себя, дорогой человек. И следите за тем, что говорит ваш язык, он вам может еще понадобиться.

Затем я спокойно развернулся и направился прочь. По пути взял бокал с каким-то темным содержимым с подноса официанта и пригубил густой напиток. Мягкий травяной вкус приятно удивил, да и вечер мне в целом нравился. Жаль, что наставника нет рядом — ему бы тоже было тут интересно.