— Решил остаться здесь ночевать? — послышался за спиной голос Водяновой.

Я обернулся. Лилия стояла в паре шагов от меня, скрестив на груди руки, и с интересом смотрела на меня. Она была свежа и бодра, и отчего-то этот факт меня немного раздражал. Интересно, она бывает усталой, или у сирен особенный дар, позволяющий выглядеть богиней в любой ситуации? Однако, спросить об этом саму Лилию я никогда не решусь — еще возомнит о себе не бог весть что…

— Я бы с радостью остался, уже и лавку присмотрел у стены, — почти честно ответил я. — Но боюсь, ночной сторож выгонит меня на улицу.

— Устал? — с намеком на сочувствие спросила девушка.

Я только кивнул, и она сразу подошла ко мне. Нахмурилась и поджала губы.

— Выглядишь неважно, — с лёгкой тревогой заметила она.

На это я пожал плечами — праздник и частое использование плетений для фотосессии высосали из меня все силы. Мне даже двигаться не хотелось, не говоря уж о том, чтобы доползти до машины.

— Я не привык быть так долго на публике. Немного напрягает все это внимание.

— Мне казалось, что тебе нравится быть на виду. Как и те девицы, которые пускали слюни на темненького мальчика…

Сирена скривилась, словно само воспоминание о визжащих фанатках причиняло ей боль. Быть может так оно и было.

— Как прошел твой день?

— Приятно, что ты интересуешься моими скромными делами, — девушка легко присела на край стола, закинула ногу на ногу и по привычке принялась покачивать туфельку на кончиках пальцев. Та почти сразу свалилась. Я вздохнул, наклонился и поднял обувь, чтобы взвесить ее в ладони.

— Как ты можешь ходить на таких высоких каблуках? — спросил я. — И при этом так двигаться…

— Как именно? — хитро уточнила девушка.

— Ты знаешь, что у тебя хорошая походка, — смутился я.

— Странный комплимент! — развеселилась Лилия. — Правильнее было бы сказать, что она соблазнительная.

— Быть может я так не думаю, — буркнул я, чтобы отвязаться.

Уборщица посмотрела на нас осуждающе и покатила свое ведро дальше. Она явно не была довольна тем, что мы не ушли раньше, чтобы ей не мешать.

Мимо прошли рабочие с досками, кто-то потушил еще несколько ламп.

— Пора… — я неожиданно понял, что мы остались в потемках практически одни.

Лилия вздохнула и склонила голову к плечу.

— Ты ничего не забыл?

— Что?

Вместо ответа девушка приподняла лодыжку, чтобы я смог рассмотреть тонкие чулки на ее коже. И тотчас ее опустила.

— Ну конечно…

Я присел и надел ей туфельку.

— Спасибо, Миша, — мягко поблагодарила Водянова и сошла со стола, едва не толкнув меня бедром.

Я тяжело поднялся и провел пятерней по волосам, пригладив их.