Вагош хихикнула:

— «Большой переполох в маленьком Синоде»…

К храму подъехала машина, а в кармане ведьмачки пискнул смартфон.

— А вот и наша карета, — девушка кивнула в сторону авто. — Ну что? Едем?

Я вздохнул, и мы направились к автомобилю

— Я смотрю, топор тебе разрешили оставить? — сказал я, когда мы сели в авто.

— Он сам меня выбрал, — ответила девушка, вбивая координаты в навигатор. — И не стал бы подчиняться никому кроме меня. У нас трофеи забирают победители.

— Ясно.

— Кстати, как прошел допрос?

В ее вопросе слышалось напряжение, которое она не желала демонстрировать. Она отдала команду, и машина тронулась с места.

— Знаешь, он был не очень похож на «стандартный разговор», — задумчиво ответил я. — Инквизитор расспрашивал, зачем я приехал, надолго ли… Пытался выяснить, что нас с тобой связывает… Зато теперь я понимаю, как вам удалось так быстро расколоть британца. Кстати, что теперь ему грозит?

Вагош равнодушно пожала плечами:

— Смерть. Британия уже пригрозила, что если мы казним гражданина их страны, они это просто так не оставят и примут меры. Но закон един для всех. Особенно, когда дело касается нарушение священных правил или мятежа.

— А жрец?

— Скорее всего, он также будет признан виновным. Во всяком случае, в храмовой канцелярии его уже списали со счетов. Началась активная борьба за освободившееся место. Так что все остались в плюсе. Ну, кроме Эрона и жреца…

— Значит, и у меня не должно возникнуть проблем?

— Если бы тебе грозила беда, или тебя хотя бы заподозрили в чем-то — нас попросту не выпустили бы из допросной, — ответила девушка. — Скорее всего, местные власти уже забыли про тебя. Хотя могут взять на карандаш. И присматривать за тобой, пока ты не уедешь из страны.

— Ну, пусть присматривают, — махнув рукой, великодушно разрешил я. Вагош улыбнулась.

Машина остановилась у отеля, и ведьмачка на прощание поцеловала на меня в щеку:

— Напиши мне, на какое число купишь билет, — тихо попросила она.

— Хорошо. Но думаю, мы спишемся раньше, — заверил я.

Двери с шипением поднялись, и я вышел из авто. Вагош улыбнулась и на прощание послала мне воздушный поцелуй. Я сделал жест, будто ловлю его, и помахал девушке рукой. Такси отъехало, я же направился к отелю.

«Ты ведешь себя, как непутевый… Не позорь род! В следующий раз тащи девчонку прямо в номер», — проворчал Александр.

— Мне только этой проблемы не хватало, — ответил я с кривой усмешкой.

«А что не так? Ты ни с кем не обручен и никому ничего не должен…»

Я не собирался с ним спорить, как и обсуждать свою личную жизнь. С него станется потом припоминать мне любое неловкое брошенное слово…