— А вы отчаянный, барин, — немного помявшись, заявил Жирик. — Ради Бориски решили сирену в опочивальне принять. Да еще и нахамили ей.

— Это когда же? — я уже не удивлялся, что мужичок стоял под дверью и все слышал.

— Намекнуть, что девка шастала к старшему Морозову — это вы зря, конечно.

— К Денису? — не понял я.

— К Владимиру, дай небо ему покоя, — Жирик возвел глаза к потолку.

— При чем тут он?

— Так ведь это его опочивальня долгое время была. Он после смерти супружницы в хозяйской спальне не появлялся.

— Вот это я…

— Лопухнулся, — с готовностью подсказал мне жировик и поклонился. — Ничего, она девка отходчивая. Простит, ежели вы опять не намекнете, что она гулящая.

— Спасибо на добром слове.

— Пожалуйста, — совершенно серьезно ответил Жирик и выскользнул из комнаты.

Я запер замок и, немного подумав, наложил на него темную печать. А то, не ровен час, ко мне еще кто-нибудь заявиться.

Кровать показалась холодной и неуютной. Будто я лежал на дне осушенного на зиму бассейна и смотрел в сумеречное небо.

— Да что б тебя… — проворчал я и перевернулся на другой бок.

Но уснуть не успел — новый звук заставил меня распахнуть глаза и глухо выругаться.

— Ночь открытых дверей, честное слово!

Однако, на сей раз звук доносился с неожиданной стороны. От окна. Кто-то осторожно стучал в раму.

Я взял косу и подошел к задернутым портьерам. Отодвинул ткань и едва не вскрикнул от неожиданности — за стеклом стояла незнакомая бабища с вытянутым лицом и выпученными глазами.

— Впустите меня! — прохрипела она.

— Еще чего, — ответил я, резонно предположив, что открывать упырям окно ­– плохая примета. — Иди обратно в могилу, нечисть! Не то голову снесу…

— Не время для шуток!

— Какие уж тут шутки, мадам! — я решил быть вежливым, несмотря на то, что баба не проявила здравый смысл, забравшись на подоконник моего окна на втором этаже дома. — Идите прочь, пока я не кликнул охрану.

— Не надо, — взмолилась незнакомка, прильнув к стеклу.

Напротив ее рта образовалось мутное от дыхания пятно.

— Я не умертвие, — сообщила она.

— Сомнительный повод открывать вам окно, — я взялся за край шторы, собираясь задернуть ее.

— Я не смогу спуститься. Помогите, я ведь упаду и разобьюсь!

— Ну, сломаете пару костей. Хорошая наука, чтобы больше не лезть в спальню к неженатым порядочным мужчинам.

Я понимал, что придется впустить даму в комнату, но оттягивал этот момент, как можно дольше. Что-то мне подсказывало: как только баба окажется внутри, моему спокойствию придет конец.

— Прошу вас, мастер! У меня ноги ослабли…

— Мозги у вас ослабли, мадам, — я убрал косу и отпер замок на раме.