И я был с ней согласен.
* * *
После ухода Сергея я принял ещё одну клиентку. На этот раз без начертания. А затем отправился в автомастерскую.
Сегодня нам с Денисом и Димой предстояло завершить аэрографию. Иронично, что за это время они неплохо сдружились. Знаев уже распорядился перевести Диму окончательно в эту мастерскую. Потому что вдвоём парни прекрасно справлялись с задачей.
Машина Соколовского-младшего стояла во всём своём великолепии. Чёрный кузов, по которому расхаживал ухмыляющийся Шут, окружённый игральными картами и языками пламени.
Дима с Денисом колдовали над последним слоем лака, а я любовался результатом.
— Ну всё, почти готово, — Дима отступил на шаг. — Лаку только высохнуть осталось, и может забирать.
— Красота, — согласился Денис. — Артём, эскиз вообще пушка. Думаю, теперь и другие заказы пойдут похожие.
— И Знаев на это и рассчитывает, — хмыкнул Дима.
Я подошёл ближе, окончательно проверяя равномерность слоёв краски. Привычным жестом достал монокль и надел, сам не зная зачем.
И застыл.
«Внимание. Зафиксирована передача начертания на неживой объект».
Я моргнул, не веря своим глазам. Строка не исчезала.
«Объект: транспортное средство. Владелец: Алексей Львович Соколовский».
«Свойство: „Дорога без препятствий“. Эффект: владелец машины интуитивно выбирает более безопасный маршрут, избегает аварийных ситуаций, реже попадает в пробки. Срок действия: пока рисунок сохраняет целостность».
Система только что впервые присвоила свойство неживому объекту. С чего бы это вообще?
Глава 16 Аэропорт! Стою у трапа самолета
Такое я наблюдал впервые. Система только что присвоила свойство неживому объекту. Машине.
Она вообще не переставала удивлять меня эти дни.
Я стоял перед машиной, разглядывал ухмыляющегося Шута на чёрном лаке, и никак не мог уложить это в голове. За всё время работы в этом мире я делал десятки татуировок, и начертание всегда ложилось на человека. На живую кожу.
Писал портрет, рисовал эскизы, наброски на бумаге. Сделал два полноценных граффити на стенах. И там никаких свойств присвоено не было.
А тут машина. И всё же свойство появилось.
Дима с Денисом уже отошли к другому концу мастерской, о чём-то переговаривались. На меня никто не смотрел. Что ж, самое время задать вопрос моноклю. Я соблюдал большую осторожность в своих разговорах с моноклем, чтобы никто этого не слышал.
— Почему свойство присвоилось машине? — спросил я. — Я делал портрет Ларисы Петровны, делал граффити на стене. И там ты ничего подобного не делала. И даже говорила мне, что свойство можно присвоить только начертанию на коже.