– А есть с мясом? – спросил Артур, жадно втягивая аромат.

– Увы, инспектор, – булочник развел руками с наигранным сожалением, – только сладкие начинки! Философия моего заведения: жизнь и так полна горечи, зачем добавлять ее в пирожки?

Надо же, у обычной булочной есть целая философия. Только она какая‑то странная. Пирожки с мясом подороже стоят. Да и мужской контингент охотнее такие покупать будет.

– Спасибо за информацию, – Артур с сожалением бросил взгляд на прилавок. Я его понимаю: тоже почему‑то не хочется здесь ничего брать, хотя и стоит отменный аромат.

– Да не за что, – булочник подмигнул мне. Артур сквозь зубы что‑то прошипел. – Если вдруг передумаете насчет пирожков – я всегда здесь. И всегда рад видеть такую очаровательную посетительницу!

Когда мы вышли на улицу, я недовольно фыркнула:

– «Милочка», «очаровательная»… Еще бы предложил мне рецепт фирменного теста для успокоения нервов. И как он ловко отвертелся от вопроса про рыжую кошку – сначала сказал, что никаких кошек нет, потом – что не заметил.

– Слишком много отрицаний, – задумчиво произнес Артур, но я‑то заметила кровожадный взгляд, брошенный на витрину булочной. – Обычно люди просто говорят «не видел» – и все. А он развел целую речь про мышей, крыс и святость теста.

– И слишком резко сменил тон, когда речь зашла о мертвых кошках, – добавила я. – Будто тема его нервирует.

Инспектор уже меня не слушал. Он замер у края тротуара, уставившись на мусорный бак возле булочной.

– Селеста, – тихо позвал он, – посмотрите туда.

Не то чтобы я любила рыться в мусоре, однако тон Артура меня заинтриговал. Поверх остальных отходов лежал смятый бумажный пакет, явно недавно выброшенный, с гордой надписью: «Мясная лавка „У Грегора“».

– Пирожки только со сладкими начинками, значит? – иронично приподняла я бровь.

– И кошка у него, конечно, ни разу не забегала, – Артур прищурился. – Интересно, что еще наш любезный булочник нам не рассказал?

– Может, он просто любит мясо на обед? – попыталась не слишком радоваться я.

– В пакете было что‑то крупнее бутерброда, – покачал головой Артур. – И выбросил он его поспешно – вон, край еще торчит, не успел как следует спрятать. И это при «философии» и святости теста. Готовить мясо в булочной он бы не стал. В сладком аромате сдобы мясной был бы слышен отлично.

Я задумчиво обернулась и посмотрела на дверь булочной. Теперь желания там купить хотя бы пончик стало еще меньше.

– Думаете, он как‑то связан с гибелью кошек?

– Не знаю, – Артур потер подбородок. – Но теперь я точно хочу заглянуть к нему еще раз. Вечером. Когда поток покупателей иссякнет, а аппетит на мясо, видимо, проснется снова. Да и люблю, знаете, по вечерам проследить за кем‑нибудь. Особенно в вашей компании.