Я постарался «громко» подумать, чтобы она пока не отправляла мне ментальных импульсов, и ощутил, что Мита услышала и согласилась. Раньше я никогда не связывал себя с могущественными существами, так что с этим стоит разобраться.

Но пока — привести себя в порядок.

Пока стоящие вокруг меня люди вяло препирались на тему того, что важнее — честь дворянина, или долг солдата, я провел мысленный анализ повреждений.

Быстро стало понятно — я абсолютно здоров. Кровь Миты исцелила те чудовищные раны, которые я получил от взрыва столкнувшихся стихий. Но эта же кровь — главная причина жуткого жжения во всем теле.

Ибо кровь гидры исцеляет, соединяясь с кровью исцеляемого. Надеюсь, хоть четыре новых головы теперь не отрастут.

— Почтенные господа, а с чего вы вообще все решили, что господин Лихачёв — друг, а не враг⁈ — донесся до моих ушей вдруг очень манерный голос какого-то мужчины.

— Ч… что⁈ — вскинулась Мария. — При всем уважение, князь, но без него здесь бы вообще никто не выжил!

— А может, без него вторжение бы вообще провалилось⁈ До меня уже доходит информация о том, что все самые успешные атаки сегодня помогал открывать кто-то с нашей стороны!

— Это секретная!..

— Да как вы смеете клеветать на барона⁈ — резко ответил Виктор. Я ощутил всплеск маны вокруг него, а сразу несколько бойцов в черных мундиров вскинули руки.

Дальше ждать уже нельзя.

— Хватит. — спокойно, но так, чтобы все точно услышали, произнес я. — Покажите мне того, кто только что меня оклеветал.

Перешептывающиеся люди замолкли. Мария с теплой улыбкой обернулась ко мне, облегченно выдохнув.

— Лихачёв, ты…

— Погоди минутку, Мария. Мы обязательно отметим мое спасение. — мягко прервал я ее. — Но пока я хочу увидеть того, кто только что посмел обвинить меня в предательстве. Сейчас.

Девушка стрельнула злым взглядом куда-то в сторону, откуда я услышал шорох шагов. Я понемногу приходил в чувства, и сумел повернуть голову, проследив за взглядом девушки.

— Вы, кажется, обо мне… барон.

Утвердительный тон, публичное пренебрежительное обращение. Явно высокородный. Когда я рассмотрел подошедшего ближе мужчину, я убедился в этом.

Передо мной стоял высокий и широкоплечий мужчина явно за сорок. Его черты лица сразу показались мне знакомыми — широкая челюсть, вечно искривленный в презрении ко всем окружающим рот, рыжеватые волосы, аккуратно зачесанные назад. Но, когда к нему подошел еще один человек, значительно моложе, все мои сомнения развеялись.

— Вы, полагаю, князь Шувалов? — спокойно спросил я мужчину, разглядывая стоящего за его спиной старого знакомого — княжича Василия. — И вы публично обвиняете меня в сговоре с врагом.