Хм, а чего это они не расходятся, раз уже приехали? Я вышел из комнаты и перехватил Славку — он уже постучал по колесу и теперь стоял поодаль с гордым видом.

— Слав, привет. Ну как? — Жаждая подробностей, я тем не менее удерживал равнодушный вид.

Мол, видел я ваши экс… экскур… сии.

— Картонная фабрика, — пожал он плечами.

— И что там?

— Картон, коробки из картона, упаковка из картона. Работать звали. Вот, подарили, — выудил он из переднего кармана белоснежную ручку с логотипом.

— Хм, — перехватил я ручку и задумчиво пощелкал пружиной. — Два кубика.

— Пять.

— Ладно, — улыбнулся я, давая себя победить — мне его еще дальше спрашивать! — А сейчас что стоите?

— Всех, кто хорошо себя вел, сейчас в зоопарк повезут, — явно довольный, протараторил Слава. — Но это секрет! Только двадцать человек берут.

— И тебя тоже? — поднял я бровь, отчаянно завидуя.

— Ага! Сейчас на обед остальных позовут, а мы поедем.

— Побьют вас, — точно определил я его будущее.

— А пусть бьют, — махнул он рукой. — За такое не страшно и получить!

Поймал себя на том, что активно киваю.

— Что, иэто едет? — показал я взглядом на старого знакомца — Эдика, которому в свое время расквасил нос.

Тот, о ком я говорил, сейчас стоял в компании других ребят, которые окружили водителя автобуса и восхищенно посматривали на него снизу вверх. Вернее, не на него, а на легендарную кепку с козырьком, что не мешало мужику гордо расправлять плечи и значительно поглядывать в ответ.

— Повезло, — пожал Славка плечами.

Выходило, что крайне неприятный тип поедет в загадочный зоопарк, а я, обладатель билета на пять бесконечностей мороженого, останусь здесь. Так не должно быть!

— Макс, ты чего? — тронул меня Славка за плечо.

Пришлось убирать руки с пояса и сворачивать воображаемый плащ супергероя.

Я оглядел огромный желтый автобус, прошелся вокруг него, рассматривая ровные — и пока пустые — ряды сидений. Двери закрыты, кроме самой первой, возле которой жевал незажженную сигарету водитель. Форточки распахнуты, жарко ведь. Хм. Но лезть в них у всех на глазах глупо.

— Слава, на что ты готов ради мороженого? — спросил я деловым тоном.

Я был младше Славы, ниже ростом, не умел свистеть через зубы. Но сейчас на меня смотрели глаза, полные готовности и надежды.

Каждый в интернате знал — таким голосом звучат самые выгодные предложения. Котлеты, сахар, шоколад — у меня было все. Трудовик, заслышав этот тон, пытался добавить к моему имени отчество. Физрук широко распахивал дверь на склад и предлагал брать все, что я захочу. Потому что знали — все всерьез, это не шутка и награда всегда будет выплачена в срок. А я поначалу просто избавлялся от того, что забирал «домовой». Потом понравилось — вот и менял жидкость на вещи, вещи на труд, труд на котлеты, котлеты на силу, силу на страх, а страх снова на жидкость.