— Я вам покупателя привела, — протараторила Мария и попятилась. — Он хотел коньяка купить. Срочно. Праздник, что ли, какой… Ой, да чего это я?! Он же вам сам всё и расскажет. А мне… Мне нужно бежать, мама просила коровник вычистить, а я чужими делами занимаюсь! — она подхватила длинную юбку и торопливо направилась вверх по улице.

Проводив её взглядом, я повернулся к старушке и улыбнулся:

— Ну, в общем и целом Мария права — я хочу купить алкоголь. Не обязательно коньяк. Главное — чтобы качественный и дорогой. Мы с учениками приехали на Изумрудное Озеро хорошо отдохнуть, но оказалось, что здесь есть… небольшие проблемки, — я развёл руками. — Мне посоветовали обратиться к господину Краспонча.

— У моего папы есть всё-всё на свете, — заверила девочка, встряхнула золотистыми локонами и потянула старушку за юбку. — Пойдёмте, бабуля покажет, где находится кабинет папы. Правда же, бабуля?

Старушка слегка заторможенно кивнула, на секунду замялась, посмотрев на девочку, словно размышляла — послушать ребёнка или нет. Но в конце концов она отступила в глубь тёмного коридора и поманила меня за собой. Девочка моментально отпустила старушку и вцепилась в мою штанину. Я даже немного растерялся — с одной стороны, эта девчонка вызывала иррациональное отторжение и хотелось её стряхнуть с себя, как вредную собачонку. Но с другой стороны, это было бы крайне невежливо. Да за такое отношение к своей дочери Горн меня выпрет и будет прав.

Так что я просто уточнил:

— А папа тебя не предупреждал, что с незнакомыми дядями нельзя разговаривать? Они могут оказаться злыми и опасными убийцами.

— Их проблемы, — пожала узкими плечиками девочка, и я не нашёлся, что ответить.

Оставшийся путь до кабинета Горна мы прошли в молчании. Старушка попросила подождать меня в коридоре, зашла внутрь, перекинулась парой слов со своим господином и вышла, жестом пригласила войти. Я шагнул вперёд, и старушка попыталась отцепить девчонку от моих штанов, но та держалась намертво, да ещё и зыркнула на неё так, что даже меня пробрало.

— Бабуля, рано-о-о-о-о спа-а-а-ать, — проныла девочка плаксивым голоском. Из голубых глаз полились слёзы, а под носом заблестело от соплей, которые она тут же вытерла рукавом платья. — Ну пожалуйста, можно я посижу у папы в кабинете? Пожа-а-а-а-алуйста-а-а!

Старушка потопталась, снова заглянула в кабинет, но в этот раз засунула туда только голову, в щель между дверью и дверным косяком. Изнутри раздалось басовитое мычание, и старушка вынырнула обратно, кивнула и разрешила:

— Можно.

В кабинете было светло и уютно. Совсем не походило на дом с привидениями: мебель из тёмного дерева, красивые гобелены, живые растения в горшках, на огромном столе беспорядочно раскиданы документы. Горн оказался очень высоким и тучным мужчиной. Ему было, наверное, не больше тридцати пяти лет, но впечатление он создавал глубокого старика: осунувшееся усталое лицо, оплывшее отёчное тело и безразличный мёртвый взгляд. На безумного маньяка не тянет. Скорее — на обычного, очень уставшего человека. Если честно, я засомневался в словах Марии. Возможно, местные сплетницы сделали из Горна зловещего злодея просто потому, что он был не особо хорошим человеком. Сделать они ему ничего не могли — только языком трепать и поклёп возводить.